Автор
В холодных тундах Академии драконов, студентки начинают зачеты, а я — оставляю их позади. Подъемник рвется вниз, и только холодный воздух отбивает усталость моего лица. Здесь каждый шаг - вызов, каждое слово - битва. Махать платочком и смотреть на мир сквозь слезы становятся все труднее. Я одна, среди них — но не одинока....
Я всегда ощущала себя маленькой и незначительной, если пристально вглядывалась в ночное небо. Песчинкой в огромной Вселенной, для которой человеческая жизнь — краткий миг. Сейчас меня тоже охватывало знакомое чувство. Даже лежа в надувной лодке, застеленной клетчатым пледом… В ней по-любому лучше, чем на голой земле! Хоть как-то пригодилась.
— Сначала ты меня раздражала, — вдруг прервал молчание Рэдвин, словно вел долгий мысленный диалог, а теперь заговорил вслух.
— Благодарю за честность, чувства были взаимными, — со смешком призналась я.
— Но наша с тобой созависимость — лучшее, что случилось со мной в академии Драка, — словно не услышав насмешливого комментария, закончил он.
Глава 9.
Теория магических связей
Мы проснулись на рассвете. Во сне я пыталась согреться и, сама того не осознавая, тесно прижалась к Рэдвину. От ночевки в неудобной позе тело затекло, мышцы ломило, но внутри бурлило от энергии, словно меня напоили эликсирами, восполняющими магические силы.
Видимо, ощутив, что я завозилась, Даррел с сонным вздохом потянулся и скривился, схватившись за шею.
— Доброе утро, — вымолвила я.
— Привет. — Он наконец открыл глаза, уголки губ дрогнули от улыбки.
И снова, как зачарованная, со странным чувством я разглядывала его лицо: рыжие ресницы, светлую щетину на подбородке и щеках, пробившуюся за ночь, прозрачно-серые глаза, сейчас казавшиеся цвета серебряной ртути. Хотелось пересчитать его веснушки и разложить на созвездия, как небесную карту. Внезапно начало казаться, что в них богиня солнца и света Валла зашифровала специально для меня тайное послание.
— Хверсова Дэна! — Я хлопнула Рэдвина ладонью по груди.
— В каком смысле? — не понял он.
— Надо срочно проверить, Винни!
Даррел уселся в лодке, наблюдая, как я неуклюже перевалилась через бортик и рванула к реке.
— Кат-Кат, если у тебя внезапная амнезия, то ночью мы просто заснули. Ничего не было. Не надо топиться!
— Да я тебя умоляю! — В хрупкой тишине мой бодрый голос звучал пронзительно и громко.
С лесистого склона на другом берегу к холодной воде спускалась туманная предрассветная дымка. Небо затягивала утренняя поволока, солнце еще пряталось за горами. Я встала к реке, позволив ледяному прозрачному потоку набежать на носы ботинок. Сердце от волнения стучало как сумасшедшее.
