Автор
В холодных тундах Академии драконов, студентки начинают зачеты, а я — оставляю их позади. Подъемник рвется вниз, и только холодный воздух отбивает усталость моего лица. Здесь каждый шаг - вызов, каждое слово - битва. Махать платочком и смотреть на мир сквозь слезы становятся все труднее. Я одна, среди них — но не одинока....
Ужасная ситуация! Мы же в академии, здесь все устроено так, чтобы студенты каждую минуту учились использовать заклятья и тренировали умения.
Зачет я сдала играючи: попалась легкая тема, написать ее самописным магическим пером на экзаменационном бланке заняло немного времени.
После зачисления в высшие магические заведения Эргана каждому будущему специалисту выдавали заговоренные перья. Подписанные этим пером документы априори считались подлинными и до экзаменов с зачетами без него не допускали.
В самом начале артефакты оставались безликими, но со временем подстраивались под владельца и отражали его характер. Сейчас мое перо было надменно белого цвета, с лаконичным серебряным наконечником. И с ярко-розовой — да просто вырви глаз! — макушкой. Видимо, под цвет моей любимой заколки. Перед выходом ею-то я и сколола тяжелые темные волосы на затылке, чтобы не лезли в глаза и не бесили."
"Поставив точку, я аккуратно убрала перо в кожаный чехол и отправилась радовать преподавателя провинциальным акцентом.
— Сдала? — спросил Рэдвин, когда я вышла из аудитории в коридор и даже не успела поделиться радостью.
Оставалось пожать плечами. Надеюсь, вышло не особо самодовольно.
— Кто бы сомневался, — хмыкнул он, насмешливо разглядывая меня с высоты своего немалого роста. — Я жду.
— Чего? — не поняла я.
Он наклонился и раздражающе пощелкал пальцами у моего уха.
— Желание, староста.
Живот подвело от голода. Утром мысль о завтраке вызывала тошноту, но сейчас, когда схлынуло волнение есть захотелось смертельно.
— Хочу крендель! — выпалила я и невольно сглотнула слюну. — С разноцветной глазурью и сахарной обсыпкой.
Добыть в столовой крендели было так же сложно, как выловить в Разломе востроносую лавовую пипу. По вселенской несправедливости их (крендели, а не пип) пекли только в те дни, когда за стойкой дежурила Берта.
Между тем после озвученной просьбы на тыльной стороне ладони у Рэдвина снова вспыхнул алый символ.
— Сейчас принесу тебе крендель, — ухмыльнулся он. — Где у тебя следующее занятие?
Узнав номер аудитории, Рэдвин рванул в столовую.
