Автор
В холодных тундах Академии драконов, студентки начинают зачеты, а я — оставляю их позади. Подъемник рвется вниз, и только холодный воздух отбивает усталость моего лица. Здесь каждый шаг - вызов, каждое слово - битва. Махать платочком и смотреть на мир сквозь слезы становятся все труднее. Я одна, среди них — но не одинока....
Рэдвин не отвечал, и мне по-прежнему осталось неясным, в какой комнате он живет. План был выловить какого-нибудь боевика и с пристрастием допросить, но из дверей с табличкой «спортивный зал», гордо рея над полом, в холл выплыл вездесущий и бессменный, как наш ректор, призрак госпожи Амалии Флемиунстинус, коменданта студенческих общежитий. На тот свет она попыталась уйти много лет назад, но, как часто случалось у нас в академии, контракт не позволил. До сих пор заведовала и управляла.
— Госпожа Амалия, как же я рада вас встретить! — воскликнула я и отключила связеон.
Выглядела комендантша светловолосой, стройной женщиной средних лет в очках с толстыми стеклами, которые, понятно, призраку не нужны. И со вставной челюстью. По слухам она умерла в глубокой старости и в посмертии, похоже, расстаться с любимым аксессуаром не пожелала.
— Катарина Воттер, пятый курс, водная стихия, — продемонстрировала призрачная леди потрясающую память, какой любой живой и здоровый позавидует.
— Пришла к господину Даррелу, — ответила я, едва не поперхнувшись словом «господин». — Обещала с ним позаниматься к пересдаче зачета по… по охранным заклятьям, а он, представляете, не явился в библиотеку. Такой безответственный!
— Решили устроить утреннюю головомойку? — придирчиво спросил призрак.
Я кивнула с серьезной миной.
— Идите, — величественно кивнула она. — Этому мальчику не помешает утренняя встряска.
— А куда идти? — уточнила я.
Рэдвин жил на втором этаже. Пришлось прошагать через целый коридор с парнями, полусонно и лениво сворачивавшими шеи мне вслед.
Я постучала.
— Открыто! — крикнул он в ответ.
— Ты почему не отвечаешь на связеон? — Я с недовольной миной вошла и замерла на пороге.
Уперев руки в бока, Рэдвин стоял в одном полотенчике. Рыжие мокрые волосы торчали в разные стороны.
— Был в душе.
Я снова таращилась на его крепкий пресс, а должна была смотреть… Ну хотя бы в глаза.
