В Коулских селениях известна одна дама: самая старая дева. Милочка - внучка бедняги, превратившегося в мудрого и загадочного ученого. Книжки подростка вызывают у нее непреодолимое желание листать страницы ночью, будто рисует на бумаге сны и чужие таинства. Сюжет витает между мистикой старых книг и глубокими размышлениями о жизни....
Лео извинился и, оставив меня с тёткой, пошел помочь Эдварду помыться и переодеться.
Тетушка сказала, что хочет подремать. А я в это время, всё ещё одетая, как простолюдинка, отправилась осмотреть виллу. Она не была больше или богаче той, где я проснулась в теле леди Стэфании. Она была более старой, похожей на дом леди Лилит.
Семья лорда Безовек, отца моего мужа, была богата. Но после его смерти вскрылись некоторые долги. Безусловно, одному брату хватило бы, чтобы безбедно жить, восполняя капитал, преувеличивая его.
Огромная столовая, в которой слуги накрывали на стол, была освещена так ярко, что в первые секунды мне захотелось зажмуриться. Я уже и забыла, что некоторые живут здесь в таком вот достатке.
— Это вы… леди Стэфания, которая теперь будет жить с нами? – тонкий голосок заставил обернуться. У двери стояла тонкая, почти прозрачная девушка лет девятнадцати. Но ее огромный живот говорил о том, что она совсем не ребёнок.
— О! Не совсем так, дитя мое, - ответила я, силясь понять, кого я вижу перед собой. Однозначно это не дочь Марка. Значит… жена?
— Лорд сообщил мне, что его братья приедут погостить, и один из них женат на леди Стэфании Верде, - она улыбнулась и прошла в столовую, осматривая меня. — У вас, вероятно, были тяжелые времена.
— Да, можно сказать и так. Мне пришлось играть роль простолюдинки, но мне понравилось, - я засмеялась. Мне не было неудобно за свою простую одежду, за волосы, до сих пор убранные под платок.
— Леди Лилит попросила позвать вас, когда я пошла узнать, хорошо ли она устроилась и нравится ли ей комната. У нас никогда ещё не было так много гостей, - девушка, похоже, не зная, в связи с чем такой наплыв, была рада. А я была рада, что Марк, если уж и козёл по отношению к своим братьям и матери, но не тиран по отношению к жене.
Будь он тираном, сейчас этот «аленький цветок» не улыбался бы мне, не розовел щёчками, а искал пятый угол, успокаивая расшалившиеся нервы мужа.
— О! Благодарю. Мне и правда, следовало уже вернуться. Но так хотелось посмотреть дом, в котором вырос мой муж, - я чуть склонила голову и вышла из столовой в длинный коридор, ведший к парадной лестнице.
«Мда, принимать решение о судьбе Марка будут Лео и Эдвард. Мне совсем не стоит лезть в их дела, но эта девочка…» - подумала я, входя в комнату Лилит.
— Ты видела её? – словно прочитав мои мысли, спросила тётушка.
