– Или вообще квест организовать – даже декораций не нужно…
Фантазии о том, как можно использовать подвал, настолько захватили Кирилла, что он, озираясь по сторонам и задирая голову, совсем перестал смотреть под ноги. Поэтому совершенно не удивился, когда наткнулся на что-то мягкое.
Ожидая, что это очередная куча непонятного тряпья, он опустил голову, повел фонариком, и…
– Тьфу, мля! – отскочил в сторону, больно ударившись спиной о стену.
Перед ним, на правом боку, повернувшись к Кириллу спиной, лежал человек. Тусклый луч выхватил стоптанные, потерявшие всякую форму ботинки, дырявую телогрейку с оторванным рукавом, сбившиеся в колтуны волосы…
– Эй, – Кирилл брезгливо толкнул бомжа носком кроссовки. – Эй… Ты как тут оказался?
Бомж не ответил.
Кирилл прислушался. Странное дело, но тот не издавал ни звука – ни храпения, ни сонного бормотания, ни сопения.
Кирилл наклонился, ловя ухом дыхание. В нос ударила резкая волна вони – тугой и терпкой смеси застарелых мочи и пота, гноя, дешевого табака и еще чего-то, неуловимо знакомого, но никак не связывающегося в памяти с бомжами. Кирилл, не удержавшись, чихнул, а потом спрятал нос в сгибе локтя – от вони начала кружиться голова.
– Эй, – промычал он в руку. – Эй… Ты вывой?
Бомж молчал и не шевелился.
– Эй! – он пнул бомжа со всей силы. – Эй!
Рука, вытянутая до этого вдоль левого бока, дрогнула и бессильно упала за спину.
«Сдох», – кольнула неприятная мысль.
Не то чтобы Кирилл боялся покойников – нет, он относился к чужой смерти достаточно равнодушно, – просто сразу представил последующий геморрой. Приедет полиция, он окажется свидетелем – если вообще не подозреваемым, мало ли что взбредет в голову блюстителям порядка, – в итоге опознания, допросы, таскаться на всякие бумажные дела… тьфу!
Он потер затылок.
«Ничего не говори, – вкралась заманчивая мысль. – Тебя тут не было. Ну да, лазил искать котенка, но мало ли, может быть, всего лишь десяток шагов сделал и сразу поймал…»
«А следы?» – возразили здравый смысл и страх перед законом.
«Да тут месяцами никто не бывает. Следы исчезнут через пару недель, да и кто их потом отличит от чужих и более старых».
– Ладно, – Кирилл еще раз, от души, толкнул бомжа кроссовкой. – Лежи уж тут, не каш…"
"Что-то шумно забурлило внутри бомжа, с резким звуком вырвались накопившиеся в теле вонючие газы – и труп, шумно ухнув, перевернулся на спину, подставив фонарику кровавое пузырящееся месиво на том месте, где должно было находиться лицо.
А само лицо осталось на трубе. Скукожившиеся комочки глаз, тонкая шкурка щек, полупрозрачная пленка губ. Лицо бомжа смотрело на Кирилла с трубы.
– Твою мать! – Кирилл отшатнулся.