Я ужинаю вместе с ними, выслушивая сомнительные комплименты, потом потихоньку принимаюсь загонять всех по койкам.
— А ты сама-то? — спрашивает Азамат, вставая.
— А я сейчас всех разгоню, помоюсь и приду. Ты ложись.
Когда он наконец уходит, я потихоньку подкатываю к Старейшинам. К этому времени внизу остались только они, решив расположиться на ночь там же, в гостиной, ещё Онхновч и несколько малознакомых мне граждан, не успевших за хохотом доесть ужин.
— Слушайте, — говорю, подсаживаясь к Ажгдийдимидину, — у нас Арон загулял. Пошёл на охоту сразу как Азамат прилетел, и пока не возвращался. Я не хочу Азамату создавать повод для беспокойства, но… как думаете, с ним всё в порядке?
— А он не говорил, надолго ли пошёл? — спрашивает Унгуц.
— Мне — нет. Если и говорил, то сыну, а из него ж слова не вытянешь. Но вещей Арон вроде бы не брал. В смысле, чтобы ночевать…
— Он местность-то знает? — встревает подошедший к нам Онхновч, и шумно отхлёбывает из чашки с очередным чаем из гербария.
— Откуда бы? — говорю. — Он тут вчера вечером впервые оказался.
— Ну, а Азамат ему рассказал, что тут где?
Пожимаю плечами. Я понятия не имею даже примерно, было ли у Азамата время вчера с Ароном пообщаться, и совсем не хочу о своих приключениях рассказывать посторонним.
— Не знаю, удалось ли им вчера поговорить, Азамат был занят…
— Ну насчёт зияний-то уж точно сказал!
— Каких зияний?.. — моргаю.
— Так называются входные отверстия туннелей, — подключается незнакомый мне мужчина, высокий и жилистый.
Я медленно перевариваю сказанное.
— То есть тут тоже есть туннели, и Арон мог в них провалиться?
— А что, неужели Азамат вам не говорил? — удивляется мужчина.
— Да я не уверена, что он сам знает.
— Ну вы даёте! — фыркает Онхновч. — Вы что же, думали, такое красивое место до вас никто не занял просто так? Да если б не зияния, тут бы уже давно город стоял! Не может быть, чтобы Азамат об этом не слышал.
— Может и слышал, я откуда знаю, — хмурюсь я. — Мне не говорил, это точно. Но он эту землю получил на следующий день, как мы поженились, ему было не до географии… Потом, он так обрадовался, когда я согласилась, чтоб он мне отдельный дом строил — наверное, когда я место указала, решил не разочаровывать.
Я внезапно чувствую острую потребность защитить мужа, хотя самой весьма любопытно, знал он или нет. Старейшина-духовник незаметно тянет меня за рукав, и я замолкаю. Он показывает мне записку: «Успокойся, никто не сомневается, что твой муж самый умный».
