Мы входим в дом, раздеваемся, и Азамат сразу разводит огонь в печке. Вообще этот их саман хорошо держит температуру, тут градусов пятнадцать, но Азамат всё никак не может привыкнуть к мысли, что я могу существовать при низких температурах.
— А ещё, — продолжает муж радостно, — мы навестили мою мать. А я и не знал, что она от отца ушла, — он поднимает взгляд от топки на Алтонгирела и поводит бровью.
Алтонгирел, по-моему, и сам этого не знал, но ему западло признаваться.
— Я думаю, тебе было полезно узнать это от неё самой, — спокойно говорит он, глядя в сторону. Мне остаётся только головой качать. Алтонгирел решительно меняет тему. — Как драгоценной госпоже понравились пейзажи?
— Я была просто очарована, — в тон ему отвечаю я. Азамат вдруг как будто что-то вспоминает и взбегает по лестнице на второй этаж, а возвращается со своим запылённым буком. Аккуратно протирает его тряпочкой на кухне, потом усаживается на диван и раскладывает бук на коленях.
— Иди-ка сюда, Лиза. Будем дом проектировать.
Я присаживаюсь рядом, по пути отмечая, как на секунду офигевает Алтонгирел.
— Начнём с размера, — предлагает Азамат, разминая пальцы. — Ты какой хочешь?
— А какой престижнее?
— Ну, большой, конечно.
— Давай большой, — легко решаю я.
— Хорошо, — Азамат начинает вбивать параметры нового проекта. — Три этажа?
— Ага, — киваю. — И лифт. И балконы на все стороны. И, если можно, отопление такое, чтобы рычажок повернул — и тепло.
— Да легко, — улыбается Азамат, стуча по клавишам.
Минут через пятнадцать домик свёрстан, а Алтонгирел чувствует себя обделённым нашим вниманием.
— Что ты с ней сделал? — спрашивает он у Азамата.
— Это не я, это мать. Никогда бы не подумал, что они так споются.
— Почему? — удивляюсь. — Она очень разумная женщина в отличие от этих дур из клуба.
— Обычно женщины настолько разного возраста не понимают друг друга, — объясняет он. Я никак не реагирую, и он обращается к духовнику. — А у вас тут что новенького?
— Да вот, Старейшина Унгуц ногу сломал.
— А что ж ты молчишь-то, зараза?! — взвиваюсь я. — Где он?
— Да в доме Старейшин. Его-то дом рухнул вчера ночью.
— Что?! — подскакивает Азамат. — Как рухнул?!
— Да так, — пожимает плечами духовник. — У него дом ведь древний совсем был. А старику ремонтировать тяжело. Вчера тут дождь был, вот крыша и просела. Удивительно, как зиму продержалась.
Я стремительно одеваюсь и подхватываю из прихожей чемодан-аптечку и запрыгиваю в машину.
