Лида сидит за столом, пытаясь сосредоточиться на слушании лекции по сложной теме. Нервозность и тревога накапливаются в груди, словно козявки под кожей. Она невольно прислушивается к улице — шум подъезжающей машины, тихий шелест шин на покрытой резинах асфальте. Каждое мгновение кажется вечностью, и она не может смириться с мыслью о возможной отмене экзамена сегодня....
"Мария Зайцева
Доброта наказуема
1
Друзья! Перед прочтением очень рекомендую внимательно ознакомиться с предупреждениями, чтобы потом не было мучительно больно.
Это совсем небольшая, но довольно жёсткая работа, без розовых пони и прочего. Кому такое неприятно, просто не читайте.
Лида сидит за столом, пытаясь вникнуть в тему лекции. Это непросто. И сам предмет сложный. И мысли далеко. Она неосознанно прислушивается к звукам, доносящимся с улицы.
Ждет шума подъезжающей машины. Тихого шелеста массивных шин.
В груди замирает от страха, неровно стучит сердце.
Может, сегодня не приедет?
Она говорила вчера, что надо к экзаменам готовиться.
Может, понял?
Или, может, (и Господи! Хорошо бы надолго!) появились срочные дела?
Ну ведь могут же у него быть срочные дела?
Проблемы, например…
Хотя, со своими проблемами он разбирается очень быстро и эффективно.
Жестко.
Лида вспоминает жестокий прищур светлых ледяных глаз и вздрагивает всем телом.
Потом собирается с силами и опять пытается углубиться в изучение пропущенной темы.
Кот, которого она неделю назад подобрала на улице, запрыгивает на стол, начинает тереться, урча и задирая тощий хвост.
Лида аккуратно спихивает его на пол. Кот уходит прочь, негодующе помявкивая. Лида провожает взглядом гордо задранный хвост.
Еще одна спасенная ею душа.
Говорила ей Надька: «Слишком ты, Лидка, добрая. Доброта ни до чего хорошего не доведет. О себе думай, а потом уже о других.»
Лида всегда смеялась.
Хотя…
Если бы ей удалось вернуть время вспять, она бы в тот вечер точно прошла. Мимо.
Она бы вообще этой дорогой не пошла.
Но что сделано – то сделано.
Ничего не вернешь.
Задумавшись, Лида пропускает момент, когда к дому подъезжает машина, и вздрагивает только от внезапного стука закрывшейся дверцы.
Она не смотрит, кто приехал, только еще ниже склоняется над конспектом.
Сердце стучит сильно и неровно. Губы пересыхают.
Он все-таки приехал.
Лида слышит тяжелую поступь на ступеньках крыльца и думает, что Надька была права.
Лида – дура.
И доброта наказуема.
2
Тихий, еле различимый за шумом дождя стон, Лида услышала, когда бежала с практики в больнице домой поздним мартовским вечером.
В их закутке, где прямо посреди многоэтажек непонятно как уместились частные домики, была непролазная темень. Лида остановилась, прислушалась, надеясь, что все-таки ослышалась.
