Нынче он не танкист, а пехотинец и сам о себе думать должен.
Лимонки рассовал по карманам. Постоял, послушал, нет ли подозрительных звуков. Вроде как мотор работает – далеко. Посмотрел на часы и увидел – стрелки стоят.
Звук двигателя доносился с востока, куда ему надо было идти. Туда он и направился.
Показалась темная громада подбитого танка, по угловатым очертаниям – T-IV. За ним – отблески пламени.
Виктор осторожно подошел. Удачно, что снег рыхлый и не скрипит под ногами.
По сантиметру он обошел танк с кормы и вовремя остановился, еще укрытый тенью его корпуса: буквально в двух десятках метров от него на снегу горел костер, сложенный из досок снарядных ящиков, и возле него – трое немцев. В куртках, на головах – пилотки с опущенным «ушами». А за костром – ремонтно-эвакуационная машина, фактически танк без башни и пушки, наш Т-34.
В войну немцы вступили фактически без тягачей. Когда брали Францию, Польшу и другие европейские страны, большой нужды в них не было, так как потери были невелики. Но в СССР немецкие бронетанковые войска стали нести тяжелые потери, и потому при дивизиях были созданы роты эвакуации танков, на оснащение которых были переделаны в тягачи трофейные танки. Чем тяжелее подбитый танк, тем масштабней и тяжелее должен быть тягач, иначе не хватит сцепного веса для буксировки. Советские танки для этой цели подходили отлично, как и французские. С них снимали башни, на погон приваривали стальные листы.
В таком тягаче было всего два члена экипажа – водитель и командир, он же стрелок курсового пулемета. На тягаче устанавливались лебедки, краны с небольшим вылетом стрелы – мотор или башню снять. Экипаж имел несколько тросов для буксировки и хороший набор инструментов.
Немцы дизель не глушили, и тягач рокотал на холостых оборотах – на морозе дизель заводится плохо.
Фашисты ужинали, грелись.
Решение пришло к Виктору сразу – закидать их гранатами и завладеть тягачом. От взрыва гранат тягач не пострадает.
Он достал из карманов две гранаты и положил их на корму танка, за которым прятался. Выдернув у одной чеку, он метнул ее к костру. Дождавшись взрыва, метнул вторую – для верности. Гранаты Виктор не любил и, если честно, побаивался.
После второго взрыва он выскочил из-за танка, держа в руках ППШ, но стрелять было не в кого, все три немца валялись мертвыми.
Убедившись в том, что гитлеровцы мертвы, Виктор неуклюже влез на тягач – пальцы на ногах болели, саднили. Забравшись через люк внутрь, закрыл его за собой.
