Пока танкисты заканчивали ремонт своей машины, перекусили и двинулись дальше. Жители вместе с домашней скотиной уже исчезли в пойменном лесу.
– На запад не пошли, куда их гнали, – сплюнул наводчик Янков. – В лесу переждут, а потом вернутся.
Танк и три самоходки с мотоциклом разведки, набирая скорость, уходили из хутора. Чья-то машина, не церемонясь, спрямила путь, разнесла плетень и прошла через огород, подминая крупные помидоры, брызнувшие соком.
В душе Карелин понимал страх и раздражение местных жителей, натерпевшихся всего за два года войны. Но равнодушие к гибели парней, спасавших их жилье, болезненно кольнуло душу.
Но вскоре события закрутились как снежный ком, и стало не до обид на чье-то равнодушие. Быстро катили вперед машины, прокладывая путь своим частям. Немцы, получив приказ любыми способами замедлить этот рывок, не собирались так легко отступать.
Один из немецких заслонов, возможно, пропустил бы небольшие русские самоходки и танкетку, если бы они шли мимо. Ожидали добычу покрупнее. Но мотоцикл с разведкой, вскарабкавшись на холм, разглядел впереди два танка Т-3 и замаскированную траншею с пулеметными гнездами.
Вернувшись, сержант-разведчик доложил Мищенко увиденное. И старший лейтенант, и Карелин не сомневались, что, кроме Т-3 и пехоты, замаскированы поблизости приземистые легкие 75-миллиметровки, наверняка имеются минометы, возможно, что-то еще.
Но это могла быть и подвижная небольшая засада, которую можно разгромить ударом с флангов и продвинуться хотя бы еще на несколько километров. Полки постоянно подгоняют – соседи, уже далеко впереди, а вы плететесь в хвосте!
Возвращаться, толком не разобравшись, – припишут трусость. Испугались двух танков и кучки пехоты. Что, еще одну разведгруппу посылать?
Не лежала душа у Мищенко и Карелина идти к лесу, тянувшемуся полосой по краю степной балки. За долгий этот день сдружились, хорошо понимали друг друга и с тоской догадывались, что ничем хорошим их разведка не кончится. В лесу достаточно места для целого батальона.
Наверное, подобные мысли родились и у старшины, командира устаревшего плавающего танка, броню которого сумел пробить через борт даже пулемет винтовочного калибра.
– Движок масло гонит, – сообщил старшина, козырнув по уставу. – Перегрев сильный. Боюсь, заклинит.
– Масло в запасе есть?
– Есть, а что толку? Каждые полчаса подливать, да и то на среднем ходу. Газу прибавим – амбец движку.
Возможно старшина преувеличивал ситуацию. Проверить? А что толку? Движки раскаленные, к ним не подступишься, да и ни к чему это. Старый танк, малопригодный к бою, действительно получил несколько пробоин.
Приняли следующее решение. Самоходки и танк останутся пока на месте. Возможно, удастся починить Т-40. А мотоциклисты пройдут краем леса.