Сегодня сгорели и были подбиты еще несколько немецких машин. Огрызаясь, танки и штурмовые орудия отходили. Два танка сумели оттащить на буксире.
Немцы посчитали нецелесообразным продолжать бой и нести новые потери. Скоро наверняка прибудет подкрепление, подоспеет авиация.
Наступление на Харьков в целом шло успешно, и долговременные укрепления здесь не строились. Сейчас эта самоуверенность врагу обходилась дорого.
Лейтенант Бобич бежал вдоль траншеи. Увидел мелькнувшую фигуру немца в серо-голубой шинели. Ударил в него с пояса длинной очередью. Не имевший навыков в стрельбе из трофейных автоматов, рассеял половину магазина, выбивая ямки в стенах траншеи.
Приложился снова. Немец, швырнув гранату, исчез за поворотом. Лейтенант на секунду замер, увидев под ногами похожую на металлический стакан довольно сильную ручную гранату М-34. Успел все же отскочить и броситься на землю. Осколки прошли выше, вырвав клочья телогрейки на спине.
Более грамотный сержант, прошедший Сталинград и Ростов, уложил убегающего очередью в спину. На подмогу кинулись сразу трое-четверо немцев. Сержант, не экономя патронов, выпустил в них остаток диска, свалил еще одного. Подоспевшие бойцы, лихорадочно дергая затворы, беглой стрельбой заставили немцев отступить.
В другом месте стрелковое отделение в горячке выскочило на открытое место, прямо под прицел МГ-34. Очереди в упор свалили сразу нескольких бойцов. Остальные успели залечь. Кто-то попытался метнуть гранату, но пули перебили руку, и боец едва успел откатиться от рванувшей РГД.
Самоходка Чурюмова налетела на расчет. Смяла тела и пулемет МГ-34 на треноге. Открыли огонь по отходящему танку, одновременно опустошая ленты трофейного МГ-42, захваченного в лесу. В ответ летели 75-миллиметровые снаряды тяжелого танка Т-4.
– Командир, кончай выделываться! Механик-водитель, видя, что дуэль обернется не в их пользу, самовольно скатился в овражек. Захар Чурюмов, к которому в бою лучше было не соваться, заорал так, что вздулись жилы на горле:
– Какого хрена! А ну вперед!
И тут же замолчал. Одна из прибывших утром самоходок дернулась от удара. Все произошло в считаные секунды – попадание вражеского снаряда было точным.
Сдетонировал боекомплект, разломив рубку и выбив из крепления орудие. Разлетелись в разные стороны обломки, исковерканные тела экипажа. Все вокруг заполнил паровозный гул ревущего бензинового пламени, пожирающего остатки машины. В живых там никого не осталось.
Это отрезвило Чурюмова.
