Автор
В Самоваре с шампанским нет места тусовкам и размаху: вместо этого ожидается душевная натяжка между людьми. Книга, наполненная теплой атмосферой и добрыми улыбками, расскажет о встречах и взаимопонимании даже в самое непростое время. Присоединяйтесь к путешествию через сердца разных людей, где каждый найдет что-то важное для себя....
– Разве ее звали не Афанасия Константиновна? – удивилась бабушка Маневина.
Папенька нашелся:
– Верно, но ведь у человека две бабушки.
– А где сейчас ваша жена? – полюбопытствовала Глория. – Даша никогда о ней не вспоминает.
Петр сделал скорбное лицо:
– Скончалась много лет назад, Дашенька только-только пошла в детский садик.
– Очень жаль… – протянула Зоя Игнатьевна. – Значит, у Дарьи плохая генетика. Ей точно достались от матери проблемы со здоровьем. От чего умерла ваша жена? В каком возрасте? Не хочется, чтобы мой внук остался вдовцом, не успев жениться.
Я поперхнулась минералкой. Обычно Зоя столь откровенно не высказывается. Ну, Петя, ваш ход.
Папаша засверкал слишком белозубой улыбкой:
– Я устал немного, летел издалека, поэтому немного заговариваюсь. Начну еще раз. Анастасия, моя теща, была монашкой.
– Разве монахини рожают детей? – хмыкнул полковник.
Я пнула Дегтярева под столом ногой, но толстяк никак не отреагировал на тычок и продолжил:
– Им же запрещено общаться с мужчинами!
Я как можно сильнее стукнула Александра Михайловича по голени.
– Не обижайся за пинки, они должны были достаться полковнику, и не тормози, увидев, что еда спланировала на пол, сразу хватай ее, потом разберешься, нравится тебе она или нет.
Петр Андреевич тем временем плел сагу:
– Женщины не рождаются монашками. Анастасия сначала вышла замуж, родила Лену, а уж потом ушла в монастырь. Елена поступила так же после смерти мамы, она отреклась от мира и сейчас молится за наше здоровье.
– И вы более не оформляли брак? – допытывалась Зоя.
– Я посвятил себя воспитанию Дашеньки, – заявил Петр. – Везде девочку за руку водил, ни на шаг от себя не отпускал.
– На что же вы жили? – удивился Дегтярев. – Наверное, нуждались?
Я пошарила ногой под столом, нащупала ступню полковника и что есть силы наступила на нее.
– Ой! – взвизгнула Глория и наклонилась.
