К тому же во второй половине дня немецкое командование отдало приказ о переброске всех доступных резервов 4-й полевой армии на направление наступления 2-й танковой группы, и натиск немецкой пехоты на позиции 5-го стрелкового корпуса сперва несколько ослаб, а потом и вовсе сменился переходом передовых частей противника к обороне.
Несмотря на то что этот опасный момент закончился в общем-то хорошо, генерал-полковник Шаманов находился в ярости, о чем в весьма нецензурных выражениях и сообщил генерал-майору Василевскому.
– Этому … дали все что возможно и даже более того, все объяснили и рассказали, а он, …, почти умудрился и в этот раз … все. Если бы не героические действия авиации и мотострелков, то все мы из-за одного … были бы в очень большой заднице. Если человек может только водку жрать и девок … то ему надо дать и соответствующую работу. Например, назначить этого … заведующим свинофермой! Тут вам война, или игра в песочнице?
– Вы, Владимир Анатольевич, не горячитесь, – русским литературным языком ответил Василевский, начинавший офицерскую службу еще в старой царской армии, – мы с товарищами из НКВД во всем разберемся, и если факты подтвердятся, то накажем генерал-майора Гарнова по всей строгости советских законов.
Слушавший этот разговор между генералами старший майор Сергеев только тяжело вздохнул. Возмущается человек, причем так, что и у бывалых командиров уши сворачиваются в трубочку. Спецгруппа особистов вместе с товарищами из наркомата обороны уже выехали в 5-й стрелковый корпус. И если со стороны командира корпуса действительно имело место разгильдяйство и дела действительно окажутся настолько плохими, как они выглядят отсюда, то уже завтра утром у корпуса будет новый командир, а про старого забудут, как его и звали.
Впрочем, ситуация с 5-м стрелковым корпусом оказалась единственной ложкой дегтя в бочке меда. На всех остальных участках все шло так, как и задумывалось. Опирающиеся на поддержку частей Экспедиционного корпуса, 1-й стрелковый корпус под Граево и Осовцом и 4-й стрелковый корпус под Гродно стояли вдоль границы нерушимой стеной, одну за другой отражая яростные атаки пехоты вермахта. На флангах тоже все шло, как и ожидалось. Сумевшие вклиниться в советскую оборону генералы Гот и Гудериан уже начали отрываться от тыловых баз, сделав первые шаги к своему разгрому. Теперь главное – не спускать с них глаз, и не давать им сделать ни одного шага, ни вправо, ни влево. Первый кирпичик в фундамент Победы уже положен. Именно об этом Шаманов и собирался доложить в Ставку Сталину. Первый день войны был прожит успешно.
22 июня 1941 года, 22:15.