Автор
Заезд заезд Путевку в Санаторий "Подгородецкий" я добивал последние полгода — через квотирование в профкоме, мучительное согласование на трех уровнях и получение множества необходимых документов. Теперь можно расслабиться после долгих усилий, а медицинская помощь будет обеспечена....
Ситуация прояснилась между тем довольно быстро — как будто с небес раздался громовой голос… очень похожий на менеджера Павлика, подумал я автоматом. Сказал он вот что:
— Ну что, допрыгались, робинзоны? Вам было ясно сказано — идти по одному и не нарушать установленного порядка, а вы что сделали?
— Ленин говорит, — толкнул меня в бок Афоня, — убей меня бог, Ленин, — и он показал направление, откуда доносились эти слова, действительно, шли они от головы Ильича.
— Так вот, робинзоны, — продолжил тем временем Ленин, — мы снимаем с себя все обязательства по отношению к вам, живите и выживайте, как сможете… через некоторое время, не знаю точно, через какое, но скоро сядут аккумуляторы, которые питают защитный экран вокруг вашего санатория.
— А почему портал больше не работает? — выкрикнула Ирина, и Ленин ее услышал.
— Потому что не надо было кидать в него металлические предметы, — объяснил он и умолк окончательно.
— Ты что ли туда чего бросил? — тут же начал прояснять этот вопрос Гриша.
— Ну да, — признался я, — только не бросил, а монетки у меня сами из кармана высыпались, когда я там фонарик искал.
— Уйди с глаз моих, — зло сказал мне Гриша, — видеть тебя не могу больше.
— Хорошо, ухожу, — кивнул я, — только напоследок одну вещь скажу — совсем неизвестно же, что там случилось с Толиком и Верой, вполне может статься и так, что концерн этот не их спасал, а освобождал эту территорию от них… так что непонятно, кому тут повезло.
И с этим словами я убрался в столовую… пока шел, небо прояснилось, и звезды с него исчезли. От досады нашел на кухне бутылку водки, открыл ее и выпил полный стакан, пропадать, так уж с музыкой. Но в одиночестве я сидел недолго — прибежала Ирина со словами, что в моей помощи возникла срочная нужда.
А Гриша тем временем организовал исследования ленинского памятника — на постаменте уже стоял Афоня и внимательно рассматривал руку вождя…
— Я вернулся, — сообщил я Грише, — и готов сотрудничать.
— Хорошо, — мертвым каким-то голосом ответил он, — найди где-нибудь стремянку, желательно подлиннее. Ну или какая найдется. Проверим, что там в голове Ленина находится.
— Йэс, сэр, — отдал я ему честь, — будет исполнено, сэр.
И убежал обратно в первый корпус… по дороге автоматически посчитал, сколько нас осталось. Получилось, что восемь — я, Гриша, Ирина, Тамара, Афоня, Анвар, Валера и Игнат.
