В Санеке все напряженно царит атмосфера жестоких схваток за власть и жизни. Сквозь призму юмора и парадокса просвечивает дьявольская серьезность каждого шага. Как только главный герой открывает глаза после долгого бессонного дня, начинается настоящий ад — от жестоких издевательств до кровавых сражений, где каждый должен продемонстрировать свою силу....
Во-первых, она забрала привезенные мной подарки и притащила их домой. Во-вторых, забыла про чуть ли не ежедневные наши с Кристиной разговоры по телефону. Никто — ни муж, ни дочь — не поверили ей, что я, приехав в Париж, передал подарки и не захотел навестить их. А Пьер, прекрасно зная свою жену и учитывая тот факт, что я вдруг перестал звонить, как делал это до Парижа, сразу заподозрил неладное и начал задавать жене неудобные вопросы. Как сказал Пьер, Кристина характером пошла в него, а у него в семье все почему-то однолюбы, если уж находят человека по душе, то это на всю жизнь.
Слушая все это, я задавался простым вопросом: как? Как я, блин, взрослый дядька так легко повелся на этот дешевый развод? Анализируя сейчас, что тогда произошло, я не мог понять, почему тогда лично не поговорил с Кристиной, а повел себя как малолетка бестолковый?
Мне на ум не приходило никакого объяснения кроме влияния на мои поступки молодого тела с бурлящими в нем гормонами.
Сейчас, поблагодарив Пьера за его рассказ, я собрался было уходить искать свою зазнобу, но Пьер не позволил. Он просто придержал меня за руку и произнес:
— Через год. Обещаю, через год сам лично поведу вас под венец. Сейчас рано.
Внутри меня начала подниматься волна ярости, и я с трудом сдерживался, чтобы не наговорить лишнего.
