Или — серьезный скандал после разоблачения истинной роли деятельности концерна и, как сказал Уолчик, «большой жирный крест на карьере юриста», или — сотрудничество…
— Черт бы побрал этот гадюшник, — сквозь зубы произнес Кейт, — черт бы побрал и этого черномазого фэбээровца, и этот сволочной «Адамс продакшн»…
В какое‑то время, за несколько минут до ухода Уолчика Кейт уже склонялся к тому, чтобы бросить все и действительно, как выразилась в недавнем разговоре Кэтрин Кельвин, «свалить», однако последняя фраза агента ФБР убедила Кейта, что и это — не выход…
«Придется сделать им эти чертовы ксерокопии», — решил Кейт.
С некоторых пор Кейт почувствовал, что Брайн Мак–Дуглас, начальник отдела безопасности концерна «Адамс продакшн», переменился к нему.
Нет, внешне это никак не проявлялось — МакДуглас по–прежнему здоровался с Кейтом все с той же приветливой улыбкой, все так же учтиво спрашивал, как его дела и насколько привык он к жизни в Чикаго, все так же предлагал свои услуги по каким‑нибудь мелочам. Однако от внимания Кейта не укрылось то, что улыбка эта была какой‑то напряженной, подозрительной…
Тиммонс посчитал это дурным знаком — он понял, что вскоре на него может обрушиться какой‑нибудь сильный удар — не смертельный, а так — предупредительный.
Так оно и случилось…
Однажды, спустя дня три после визита мистера Уолчика, Кейт, вернувшись из офиса, застал Барби с покрасневшими от слез глазами — одного взгляда на девушку было достаточно, чтобы понять, что она очень сильно переживает…
Предчувствуя самое худшее, Кейт осторожно поинтересовался:
— Барби? Ты плохо себя чувствуешь?..
Барби сделала вид, что этот вопрос относится не к ней, а к кому‑то другому.
— Барби, что случилось?..
Резко повернувшись, девушка отвесила Кейту оплеуху — удар был не силен, но очень болезнен: у Тиммонса сразу же зарделась левая щека… Он сразу же все понял, а потому избрал тактику покаяния…
Деланно тяжело вздохнув, Кейт Тиммонс начал так:
— Барби, я давно хотел тебе сказать…
Барби, скривив губы, зло посмотрела на Кейта.
— Можешь не говорить — мне и без того все прекрасно известно.
После этих слов Кейт понял, что МакДуглас сдержал свое слово — видимо, он отправил его жене те самые компрометирующие снимки по почте.
Искоса посмотрев на жену — та была просто вне себя от охватившего ее бешенства — Тиммонс решил, что этот разговор лучше всего отложить до лучших времен, хотя бы на полчаса.
Стараясь не встречаться с Барби взглядом, Кейт прошел на кухню и, наскоро поужинав, отправился в свой кабинет. Спустя минут десять дверь за его спиной скрипнула. Кейт обернулся — в дверном проеме стояла Барби…
Тиммонс понял, что настало время для решительного разговора и решил начать первым.