Она знала, что СиСи человек жесткий, но обязательный, и та помощь, которую ему оказала Мэри в больнице, когда была его сиделкой во время тяжелой болезни, не останется забытой.
Учитывая это обстоятельство, София перевела разговор именно на тему, касающуюся Мэри.
Но СиСи все еще не мог успокоиться.
— По–моему, Мейсон слишком быстро завоевал сердце Мэри. И толкнул ее на развод, — с нескрываемой холодностью сказал он. — Может быть, стоит дать ей хоть немного времени. Я думаю, ей сейчас есть о чем подумать: не только об отношениях с Марком, но и о своей будущей жизни с Мейсоном…
София почувствовала, как ее оптимизм, связанный с СиСи, кардиналом О'Брайеном и разводом Мэри, улетучивается.
Очевидно, СиСи решил продемонстрировать свой характер. Однако она все еще не теряла надежды…
— Пойми, СиСи. Марк не был для Мэри настоящим мужем. Вспомни, ведь она была совершенно неопытной в подобных делах девушкой. Всю свою жизнь, всю свою молодость она провела в монастыре, под присмотром матушки Изабель, которая по праву может считаться ей матерью. Но, тем не менее… Мэри была одинокой, ей некому было задавать такие вопросы, да и некому было научить всем премудростям семейной жизни… Возможно, она сделала что‑то не так. Но ведь Марк изнасиловал ее…
СиСи выставил вперед руки, словно пытаясь сделать так, чтобы София замолчала. Очевидно, он вовсе не желал вникать в такие подробности.
— София, — с сожалением сказал он, — мы не знаем, что происходит в чужих семьях…
Затем, внезапно, голос его повысился:
— И ты не знаешь, что происходит, когда другие люди женятся. Потому что, если бы ты знала, ты бы вовремя подумала о нашей семье.
Теперь София почувствовала быстро нарастающее раздражение.
— Что значит — вовремя?! — гневно воскликнула она.
Прямо на глазах назревал небольшой скандал. Однако, СиСи, и без того уставший за день, равнодушно махнув рукой, вяло сказал:
— Ой, извини. Я не то хотел сказать.
Но София уже завелась:
— Это не имеет абсолютно никакого отношения к нашей семейной жизни! В прошлом у вас с Мейсоном были свои собственные проблемы. Но сейчас‑то, сейчас, когда Мейсон давно взрослый человек, неужели ты не хочешь, чтобы он был счастлив?
— А Мэри? — возразил СиСи. — Ты думаешь, что она будет счастлива с Мейсоном?
— Думаю, да, — улыбнулась она.
Однако, эта улыбка была скорее расчетливым жестом, нежели отражением чувств, которые сейчас испытывала София.
Разговор с СиСи отнюдь не добавил ей радости, к тому же, он, помахав пальцем, добавил:
— Думаю, что ты ошибаешься. Ты просто незнакома с Мейсоном.
В эту минуту дверь дома Кэпвеллов распахнулась и туда в одной рубашке ввалился Мейсон.
— Отец! — закричал он с порога. — Где ты?
Следом за ним в дом вошла Мэри. Вид у нее был очень обеспокоенный.