Автор
В пределе тихой бухте приморского города разливался непреодолимый шкварок, когда Виссарион Хилькевич, перешедший из драмы в меланхолию, сообщил о приезде знаменитой баронессы Корф. Его слова обнажали тайны королевства дна и подталкивали к дальнейшим загадкам, среди которых оказались и заговоры, и языковые штрихи, и неожиданные перемены....
– Зачем вы это сделали? – спросил Валевский уже в изнеможении.
И тут увидел, что баронесса улыбается.
– У меня были веские причины, поверьте.
– Какие? – Вор развел руками. – Если вы увезли меня, значит… значит, я был вам не нужен. Так? Или не так?
В кабинете, некогда принадлежавшем господину Сивокопытенко, наступило молчание.
– Вы приехали сюда вовсе не за мной, – наконец проговорил Валевский. – Получается, вам известно, что я не брал тех драгоценностей.
Амалия покачала головой.
– Этого я никогда не говорила, – возразила она.
– Но когда произошло ограбление, я находился в совершенно другом месте!
– Только если верить вашим словам.
– У меня есть свидетели!
– Которым вы внушили сказать то, что выгодно для вас.
– Но я говорю правду! У меня нет драгоценностей!
Баронесса вздохнула:
– Зачем вы вообще приехали в город О.?
– Меня везде искали из-за этой чертовой парюры, – сердито ответил Валевский. – И я решил поехать в место, которое ни один человек не сумел бы со мной связать.
И тут Леон вспомнил свою попытку бегства, вспомнил вокзал, запруженный толпами народа, красного де Ланжере, похожего на его воспитателя, Агафона Пятирукова в толпе и Амалию, которая шла рядом с другой дамой, темноволосой и миловидной.
Конечно, баронесса увидела его! И не могла не узнать! Но тем не менее отвернулась и притворилась, что видит впервые в жизни, потому что не он был ее истинной целью, потому что ее привело в город что-то другое, совсем другое… то, что было куда важнее, чем все похищенные парюры и все Валевские на свете.
– Вы ведь узнали меня тогда, на вокзале? – напрямик спросил Леон.
Амалия усмехнулась:
– Вас? О да, конечно.
– Достаточно было одного вашего слова, чтобы меня тогда арестовали, – сердито промолвил поляк.
– Верно. Но я его не произнесла.
И, услышав равнодушно брошенное «не произнесла», Валевский бог весть отчего страшно надулся.
– Почему вы сразу же не покинули город, когда узнали о моем приезде? – осведомилась Амалия.
Леон отвел глаза. Что он мог сказать? Что ему были нужны деньги, и он принес Карену, то есть Вань Ли, кольцо на продажу, а тот стал хитрить, сказал, чтобы приходил потом, а потом было уже поздно? Что Валевский потерял время и оказался обложен со всех сторон, как дикий зверь? Да еще про то, что на вокзале у него украли кошелек, отчего он попал в совсем уж безвыходное положение?
– Я хотел помериться с вами силами, – буркнул Валевский.
