Автор
В новогоднюю ночь ты будешь сидеть за книгой "Сбежать от Питбуля и Булочки", где в забытых комнатах и полном хаосе тебя ждут неожиданные приключения. Встретишь там ребёнка без мамы, её тонкое дитя и коварных мстителей, готовящих злодейские планы.
— Там… Там… — машет Ариша, отстегивая себя от сиденья. — Бежим!
На площади толпа народу. Ёлка, горки, огни…
Взяв Аришу за руку, веду её по праздничной площади мимо людей.
— Точно видела?
— Его видела! — вырывает руку, указывая на переодетого деда Мороза. — Он маму утащил!
Бежит в сторону Деда Мороза.
— Ариша! — поскальзываюсь, дергнувшись за ней.
И пока отыскиваю равновесие, она успевает добежать до Деда Мороза. Яростно пинает его по валенку. Явно пьяненький мужик в недоумении опускает взгляд вниз.
— Тебе чего, кнопка? — обескураженно.
— Мама где, м?! Папа тебе даст сичас!
— Извините! — подхватываю за пояс дочь и уношу под мышкой. Пытается пинаться и вырываться.
— Пусти!!
— Не тот это Дед Мороз, детка. Это заместитель. А нам настоящий нужен.
Затихает.
Открываю сообщение в патрульном чате.
""Не твоя, Касьянов? ""
Издали фотка моей Снегурки.
Автовокзал. Стоянка для частников.
""Закройте шлагбаум на десять минут. Сейчас буду. Моя. ""
""Задержать, может?""
Перепугают опять и обидят Синицу эту… А я сам её перепугать собираюсь.
""Не трогать. Сам я! ""
***********************
Ася
Купив стакан горячего чая в ларьке, оглядываю машины на стоянке вокзала. Вот отсюда мы к тете Тамаре ездили.
Маленький частный микроавтобус — до Никольского. Это я выясняю у трех женщин, которые не успели на последний рейс. Посадочных мест — шесть.
Колени и уши замёрзли так, что не чувствую. Женщины смотрят на меня брезгливо и с осуждением.
Да, я, может, и сомнительно выгляжу. Но замёрзший человек уж точно не вызывает у меня осуждение!
Виновата я что ли, если магазины закрыты здесь все закрыты.
Поднимаю повыше воротник шубки.
Если я когда-нибудь буду себе ещё покупать шубку, то она будет длинной и с капюшоном. Как завещала моя великая бабушка!
Будущее кажется мне туманным и непривлекательным. Это очень несправедливо. Но сдаться и позволить этой несправедливости происходить без моего сопротивления я категорически не могу!
Чувствую, как начинает беспощадно клонить в сон.
— А где водитель? — прождав ещё минут десять спрашиваю я.
Одна из тёток кивает мне за машину. Выглянув на секунду, тут же залетаю обратно. Патруль проверяет у него документы.
От колотящегося истошно сердца сон снимает как рукой.
