- Я волонтерю в приюте, - рыдания душат ее. - Я на такое насмотрелась... я не могу... не могу пройти мимо... они же... страдают.... а у меня нет... я так хотела... но мне нельзя котика...
Ее слова превращаются в бессвязный поток, из которого сложно вычленить смысл. Не сразу, но мне удаётся.
Я еще раз бросаю взгляд в зеркало заднего вида, включаю поворотник и съезжаю на просёлочную дорогу.
- Все уже хорошо, - касаюсь ее руки. - Успокойся...
Она вздрагивает. Вместе с ее рукой вздрагивают и наручнки.
Я отстёгиваю девчонку и собираюсь заняться ее запястьем с этим «украшением». Но неожиданно девчонка бросается мне на шею.
Не успеваю даже засечь, как она перелетает со своего сидения мне на колени и прячет лицо у меня на груди.
Ее тонкое хрупкое тело сотрясают рыдания, она вздрагивает снова и снова. Жмется ко мне, ища защиты и тепла.
Сквозь тонкий трикотаж футболки я чувствую, как дрожит ее тело. Чувствую, как мурашки рассыпаются по ее бархатистой коже. Чувствую ее сердцебиение непозволительно близко от своего. А я...
Я как дурак сижу и не знаю, что делать.
- Я... не могла пройти мимо... им же некому помочь... они же десятками гибнут и всем плевать, понимаешь?
Она поднимает свое заплаканное лицо и смотрит на меня своими огромными голубыми глазами. Кажется, в них можно увидеть вселенскую печаль. Настоящую, не поддельную. Такое не сыграешь.
Ее глаза, как два голубых лесных озера, насколько чистые, гладкие и прозрачные. В них видно все, что таиться в душе этой девчонки. А таится так до хрена.
- Я не хотела, правда, - шепчет она и облизывает пухлые губки. И в отличие от искусственной кассирши на заправке этот жест у Аглаи выходит таким простым и трогательным. А еще на удивление соблазнительным.
- Я верю тебе, - зачем-то говорю я и неуклюже опускаю ладони на ее спину.
Осторожно провожу вверх и вниз, глажу, ласкаю, стараясь согреть и успокоить.
Она замирает испуганным котенком. Пытается сжаться в комочек. Боится даже дышать.
Но постепенно расслабляется, отводит взгляд и рвано выдыхает.
- Ты их убил? – ее голос дрожит.
- Нет, - мой ответ слишком быстрый, слишком твердый, чтобы быть ложью. Хотя я бы с легкостью соврал ей, если бы это было необходимо.
- Но я слышала выстрелы, - едва слышно шепчет она.
- Мне не нужна погоня. С прострелянными колесами они не скоро нас нагонят.
Она бросает на меня быстрый взгляд и снова опускает глаза.
- Правда? - зачем-то переспрашивает она и ерзает у меня на коленях.
