Он дал интересные показания о некоторых особенностях поведения Манзырева.
— Что это за особенности?
— Он обратил внимание, как Манзырев ходит, его манеру обращения с оружием и умение командовать.
— Да вот, товарищ комиссар, посмотрите сами. Вот выдержка из протокола допроса лейтенанта Кольцова.
— Давайте сюда. Так… Интересно… Очень даже… Надо же. Интересные вещи пишет этот ваш Кольцов. Его послушать, так перед нами не беглый зек, а прямо таки выпускник академии Генштаба. Тут тебе и умение командовать, и действия с подстраховкой.
— Да, у меня тоже сложилось похожее впечатление. То, что это не зек, понятно при первом же рассмотрении. Это либо наш сотрудник, и тогда я не понимаю, почему это прошло мимо нас, либо вообще неизвестно чей агент. Тогда я не понимаю одного — мотива его поступков. Если наш, — почему он действовал вразрез всем нашим планам и никак не согласовывал с нами свои поступки. Мы ж его ненароком и завалить могли, как в итоге и получилось. Если он не наш, — то чей же и почему в итоге нам помог.
— Ты, Василий Андреевич, много еще не знаешь. И чувствую я, что без подробного разъяснения тебе сложившейся обстановки, еще бог знает, до чего додумаешься. Вот ответь мне, какова, по-твоему, цель операции "Снег"?
— Ну, это ясно, товарищ комиссар. Внедрение "Рыжего" в разведшколу к Ланге.
— Как, по-твоему, много ли у немцев таких разведшкол?
— Ну, я полагаю, что десятка полтора как минимум наберется.
— И что, каждой школой занимается руководитель моего уровня? Это вообще не мое дело, если внимательно посмотреть. Пускай этим разведка занимается, а не ГУГБ. У нас, если ты забыл, задачи немножко другие. Тебя это, ни на какие мысли не наводило еще? Почему вдруг задачу, относящуюся к разведке, курирую непосредственно я, хотя мои интересы все здесь, в Москве?
— Задавался я этим вопросом, товарищ комиссар.
— И до чего додумался?
— Ланге. Думаю, в нем вся загвоздка.
— И в чем же эту загвоздку ты видишь?
— Ну, он давно у нас тут сидит…
— И что, он один такой?
— Я думаю, что не один.
— Понимаю, товарищ комиссар.
— Да нет, товарищ комиссар. Наверняка кто-нибудь да остался.
— Правильно ты мыслишь. Остался. И не один. И поверь мне, Василий Андреевич, этот человек не завскладом в Мухосранске служит. Он вообще, может быть, на одном со мной этаже сидит и по утрам в коридоре здоровается. Кто-то же прикрывал Ланге все это время. Как только мы на хвост какому-нибудь контакту садились, так тут же его и рубили по-живому. От нас утечка шла, Василий Андреевич, от нас. И за все это время мы почти ни на шаг к разгадке так и не подошли.
— Так надо было взять его, товарищ комиссар. На допросе все бы и рассказал.
— Я не поторопился тебя умным назвать? Ты думаешь, мы такого не пробовали? Двоих мы взяли.