— Куда?! — одернул я его за гимнастерку. — Сядь и не отсвечивай!
— Так ведь немцы летят!
— Лично за тобой? Я пока еще ни одного не вижу.
— Чтоб тебя там и похоронили? Они же первым делом именно по домам и поддадут. Если других целей у них нет, будут бомбить дома. И чем больше этот дом, тем вероятнее по нему и врежут.
— Так и тут накроют!
— Интересно — как? Я вот между этими бревнами лягу — ни один осколок не пролетит.
— А если прямо сюда — и бомбой?
— В дом она вернее прилетит. Впрочем, как знаешь. Беги, а я тут пока подожду.
Белобрысый исчез, будто его сдуло ветром. Я прихлебнул чай — не остыл пока, хорошо! Где же немцы? Ага, вот они. Один, второй, третий… все? Все. Суматошно захлопала зенитка, судя по всему, 37-миллиметровка. Или еще что-то? Не помню, что там тогда было, кроме этого? Ее поддержали огнем пулеметы. Один, второй… и хорош. Да, противовоздушная оборона тут не особенно сильна. Самолеты приблизились, ага "Ю-87". "Лапотники". Хреново. Эта штука и летать умеет, и бомбить, да и стрелять может неплохо. Не обращая внимания на редкие трассы МЗА, ведущий "Юнкерс" лег на крыло. И куда ж это ты метишь? Понятно, что не сюда. Я отставил кружку в сторону и приложил руку ко лбу козырьком. Что-то я эти маневры не просекаю… А вот если дальше пройти? Оттуда и обзор получше? Ну-ка… Ага, с этой точки было видно, что самолеты пикируют куда-то на окраину, метров за восемьсот от нас. Вот и первый разрыв, второй, еще… Неслабо они взялись, сейчас там кому-то поплохеет. Второй заход.
Это еще кто? А, старший лейтенант… Лежит под телегой, это он так от бомбежки спрятаться хочет? Ну, в добрый путь.
— Что такое, товарищ старший лейтенант? Помощь нужна?
— Почему по улице ходишь?
— Так на крышу лезть несподручно.
— Зачем? Самолеты далеко, у них своя цель. За одиночным человеком не погонятся. А хоть бы и так, тогда от другой, более важной цели отвлекутся. Тоже неплохо. А меня еще поймать надо…
— Ложись, я приказываю!
Опять неподчинение приказу в боевой обстановке? А ведь может, скотина, если захочет.
Бу-бух! Ох и неслабо рвануло! Трындец зенитке. Там, куда пикировали самолеты, вовсю разгоралось пламя.
— Копец медсанбату, — проговорил кто-то около меня. Прижавшись к поленнице дров на земле, лежал незнакомый мне боец.
— Я говорю, медсанбат там. Их и бомбили.
— Так чего ждем?! Туда надо, может, и вытащим кого, если успеем! Давай, народ тащи! Пулей!
Боец метнулся в сторону. В два прыжка я подскочил к сараю, рванул ворота на себя.
— Подъем!!! За мной, бегом — марш!
В сарае лежало на полу и ныкалось вдоль стен человек пятьдесят. Услышав мой оклик, они повернулись в мою сторону.