Думаю, с него и одной ночи будет вполне достаточно.
Когда мои веки совсем сомкнулись, а сознание почти улетело в объятия Морфея, в соседних кустах кто-то несчастно хлюпнул носом и вяло пошебуршился.
— Лин? — тут же вспомнила я про своего бессовестного демона.
— Прости, — из темноты хлюпнуло еще несчастнее. — Я сказал, не подумав. Я вообще хотел только пошутить. Я ни разу не считал тебя такой гадкой, чтобы… прости меня, Гайдэ. Я больше никогда-никогда так о тебе не скажу. И твой гнев… он так больно жжется…
— Иди сюда, нечисть ты моя неразумная. — А когда темнота неуверенно сверкнула двумя блюдцами глаз, кивнула: — Иди-иди. Я уже почти не сержусь. Только впредь думай, что говоришь: твои слова, как и мои приказы, тоже умеют причинять боль. Понимаешь?
— Понимаю, — виновато шепнул шейри, но потом все же скользнул ко мне в руки маленьким, совсем съежившимся и ужасно беззащитным клубочком. — Прости… я больше не буду.
— Прощаю, — слабо улыбнулась я, обнимая дрожащего кота. — Как тебя не простить? Демон ты мой персональный…
Лин нерешительно замер, когда мои пальцы пробежались по его костлявому хребетику, но потом все-таки поверил — перестал дрожать, расслабился, доверчиво прижался. А потом и замурлыкал, хитро не напоминая о том, что я в рассеянности опять протянула к нему левую руку. Но я уже не опасалась, что Знак повредит Лину — кажется, если он и влиял на жителя Тени каким-то образом, то сугубо положительно. Вот ведь извинился… да еще так искренне.
— Спи, — сонно шепнула я, снова закрывая глаза. — Спи, Лин. И пусть тебе приснятся хорошие сны.
Этой ночью мне самой приснился сон. Такой странный, что я сразу усомнилась, что действительно сплю. И только обнаружив, что стою в пустоте, окруженная непроглядным мраком… в строгом белоснежном платье — прямо хоть сейчас к алтарю, — с длинными, тщательно уложенными в прическу волосами… короче, совсем даже не я… поняла, что это все-таки сон. И что стоящие напротив четыре молчаливые фигуры тоже мне просто-напросто снятся.
Я узнала их сразу. Не по лицам, нет, потому что лиц и фигур как таковых у них просто не было — все скрывала клубящаяся вокруг Тьма и длинные плащи, в которые они закутались до самых бровей. А вот глаза почему-то прятать не стали. Постеснялись, что ли? Или просто не смогли? Красные, синие, зеленые и угольно-черные глаза… передо мной стояли те самые Тени, которые так ловко разделали кахгара, избавив нас с Лином от крайне неприятного знакомства.