Ты столкнешься со здоровым и полным сил чудовищем, Гайдэ. Не рассчитывай на то, что он будет слаб и невнимателен».
– Если его не убить сейчас, этой ночью он может по следам добраться до тех, кто уцелел вчера.
«Может, – неохотно согласился Гор. – Кахгары – Твари мстительные. Они почти разумны».
– Значит, медлить нельзя. Нам некогда ждать, пока сюда направят второй отряд.
Шейри беспокойно переступил копытами и поднял на меня тревожный взгляд.
«Гайдэ, ты уверена, что справишься?»
– Нет, – честно ответила я. – Но разве это повод, чтобы отступать?
«Будь осторожнее», – только и сказал демон, послушно разворачиваясь и спускаясь по другой стороне пригорка, закрываясь им от медленно удаляющегося Хаса.
Тени, против ожиданий, ничего не сказали. Но по их выразительному молчанию я без труда поняла, что они, хоть и не одобряют подобного риска, все равно меня не оставят. Не бросят. Не подведут. Не предадут. И сделают все, чтобы я пережила эту ночь без серьезных потерь.
Несмотря на предсказания Теней, по следу раненых Хасов мы бежали вплоть до самого вечера. Потому что они, как оказалось, за сутки успели уйти довольно далеко от места ночных событий. А я, как ни старалась, так и не сумела отыскать проклятое «темное» пятно на своей мысленной карте, чтобы указать Лину более точное направление.
Приходилось идти по дороге, ворчать на повороты, которых, кажется, стало еще больше, чем раньше. До рези в глазах всматриваться в поднимающуюся пыль. А Лину – старательно дышать ртом, постоянно глотая эту самую пыль во время попыток уловить запах недавно пролитой крови.
Было непонятно, в чем дело, ведь раньше я без особых проблем отыскивала тикс, однажды почувствовала осторожную фанру, и даже стокка не смогла скрыться, хотя очень пыталась. А тут – ничего. Как будто не было поблизости никакого кахгара, и как будто я была не я, а какая-то глупая бабочка, которая упорно летела навстречу зажженной лампе, рискуя опалить свои нежные крылья.
«Наверное, ты не чувствуешь его, потому что сейчас день», – в конце концов предположил Ван, когда я совсем отчаялась.
«Да при чем тут это? Раньше-то у меня получалось нормально! И днем, и ночью!»
«Да. Но кахгар – одна из тех Тварей, которая на день не просто уходит под землю, но еще и засыпает до следующей ночи. Он вообще не может передвигаться, пока солнце не зайдет за горизонт. Солнечный свет делает его слабым. Солнце убивает его даже так, сквозь толщу земли. Поэтому на день кахгары впадают в спячку, пытаясь хоть как-то сберечь утекающие силы. Зато когда настает ночь, они становятся практически неуязвимыми».
«Ты хочешь сказать, что мое второе зрение не может засечь кахгара потому, что сейчас он спит? Думаешь, оно реагирует только на тех Тварей, которые двигаются?»
«Блин.