Извращенец какой! Вонючий… фу! Теперь с месяц отмываться придется, чтобы хоть как-то эту гадость отчистить! А одежку, наверное, выбросить надо, потому что это, кажется, никогда в жизни не отстирается.
Болезненно покривившись, я с немалым трудом поднялась на ноги. Переставший сыпать ругательствами демон заботливо подхватил меня под локоть и куда-то повел. Я не сопротивлялась, ведя негромкий диалог с лучащимися сытым довольством братьями. Слушала, как они ловко перемежают упреки с блаженным урчанием. А потом вспомнила об оставленном у логова воине и, выругавшись чуть ли не страшнее, чем Лин недавно, почти бегом кинулась обратно.
– Ох ты ж… – ахнула я, когда добралась до логова и увидела, как оттуда выбираются три небольших, всего с мою голову, темных комка, слепо тыкающихся мордами в каждый камень по пути. Но при этом настойчиво, целеустремленно подползающих к умирающему Хасу с явным намерением закусить. – Лин, жги их! Жги этих гадов!
При виде новорожденных Тварей демон вскинулся и исторг из себя такой бешеный рев вместе с совершенно жутким по силе пламенем, что даже я поспешно отскочила и принялась сбивать с одежды искры. А бездыханного Хаса вообще едва не изжарило на месте. Хотя, конечно, для Тварей этого было вполне достаточно. Однако Лина три комка обгорелой, мелко содрогающейся нежити не удовлетворили: подскочив к пустой норе, он раздулся до размеров маленького слона, напыжился, напрягся, а потом выдохнул снова. Прямо в вырытый кахгаром тоннель, на мгновение осветив его, будто днем, и спалив там все до основания.
«Чтобы точно никого не осталось, – ворчливо ответил он на мой вопросительный взгляд. – Вдруг еще кто-то внутри сидел?»
– Тогда дунь третий раз. Для верности, – посоветовала я и, прихрамывая сразу на обе ноги, поковыляла к незнакомцу.
Он выглядел жутко – распластанный, как лягушка на камнях. Неподвижный, залитый кровью с ног до головы. Истерзанный и едва дышащий. Лица я не видела – оно было покрыто запекшейся черной коркой. От нее до сих пор вился легкий дымок, наполненный отвратительным привкусом горелой плоти. Хотя, кажется, Лин ничего ему не сжег. Только края ран чуть загнулись и перестали сочиться кровью. Прижигание, блин, тоже мне.
Я опустилась на колени, спешно ощупывая его грудь и пытаясь понять, насколько Хас успел пострадать. Потом опомнилась (да какая, ешкин кот, разница, когда у меня есть «синька»?!), вытащила заветный пузырек и едва ли не четверть вылила в приоткрытые губы храбреца.
– Надеюсь, поможет. – Я с сомнением посмотрела на обезображенное тело. – Ты вроде говорил, что она даже мертвого на ноги поднимет.
«Говорил, – согласился Лин, с интересом оглядывая воина. – Только проверить все не получалось.