Собственно, только по этой, вероятно, причине он больше не пытался язвить, склочничать и вредничать, как поначалу. И лишь молча тянул за собой импровизированную волокушу, стараясь поменьше трясти.
Больше возни раненый нам не доставил: лежал себе и лежал, неслышно посапывая и никак не реагируя на столь неординарный способ передвижения. Я, как правило, или шла рядом, поглядывая, чтобы он не свалился, или ехала верхом, но при этом постоянно оглядывалась, если чужак издавал тихий стон или пытался пошевелиться.
Зверек от него не отходил ни на шаг. Так, чирикнет что-то непонятное, стрелой кинется к кустам, пару секунд повозится там, а потом опять мчится обратно, торопясь вспрыгнуть Хасу на грудь, как будто от этого зависело его здоровье.
Я не возражала – пускай сидит. И мне мороки меньше, и человек под присмотром. Мне почему-то казалось, что хорек неплохо понимает происходящее, и если хозяину станет хуже, обязательно предупредит.
Надо сказать, дорога в ближайшую деревню отняла у нас целый день, хотя, казалось бы, ехали мы от нее всего ничего, и еще полдня сверху, потому что теперь Лин не мог быстро бежать – неудобная ноша мешала, и Хас не выдержал бы сильной тряски. Да, раны его с каждым часом становились все меньше, а дыхание выравнивалось буквально на глазах, но мне упорно казалось, что процесс еще можно ускорить.
«Не стоит, – возразил шейри, едва мы остановились на ночлег и встал вопрос, не дать ли снова незнакомцу новую порцию „синьки“. – Если сразу не помогла, значит, лучше уже не будет. Только зря переведем. Да и ему пользы никакой».
«Передоз, – ловко ввернул Лин услышанное от меня словечко. – Слишком много крови эара тоже нехорошо».
Я огорченно вздохнула.
– Я думала, что «синька» от всех болезней спасает. А тут, выходит, еще и доза имеет значение?
«Так всегда бывает. Но в этом смысле кровь эара гораздо безопаснее, чем травяные сборы или магическое исцеление – от нее, по крайней мере, не умирают. Когда ее становится много, она просто перестает работать, тогда как иная травка может и в гости к Айду отправить».
– Да, я знаю. У нас яды тоже в основном из растений получают.
«Вот-вот. Так что не спеши. Дай его ранам самостоятельно затянуться. Тогда и пользы больше будет, и «синька» целее».
Я хмыкнула, но намекать Лину на жадность, которую уже давно в нем приметила, не стала: все-таки выручил он меня. Ворчал, бурчал, однако волокушу исправно тянул, то и дело неприязненно поглядывая на затихшего хорька. Впрочем, зубы больше не скалил и смертоубийством зверю не угрожал. И только ночью, когда уставший и оголодавший малыш подполз ближе, сердито шикнул. Да так, что я мигом проснулась, пристыдила зарвавшегося демона и поспешила накормить преданного зверька, пока он лапы не протянул от голода.