При этом у нас создалось стойкое впечатление, что «хохотун» либо очень уж быстр, и поэтому мы не можем его нормально засечь, либо имеет множество глаз по всему лесу, благодаря чему способен так долго и плотно нас опекать.
Последний смешок догнал нас уже на выходе из Харона, когда Лин соступил с последней плиты на обычную землю: Тварь, будто попрощавшись, хихикнула из кроны крайнего дерева, а потом окончательно пропала. И до самого города мы его больше не слышали.
На воротах нас встретил все тот же молодой шутник.
– Чего так рано? – притворно удивился он, а затем демонстративно покосился на небо. – Еще солнце не село, а ты уже к дому повернул. Никак стряслось что-то?
– Стряслось, – охотно согласилась я под недовольное ворчание Лина. – По тебе соскучились и решили посмотреть: а как ты тут без нас? Дожил ли до вечера без сочной оплеухи?
Страж тут же подобрался.
– Да так. Просто подумал, что если ты и других провожал так же приветливо, как нас, то, наверное, кто-нибудь все же не удержался.
– Не дождешься, – фыркнул он, тут же расслабившись.
Я притворно вздохнула.
– Жаль. Было бы интересно посмотреть, как у тебя на физиономии нальется свежий фингал.
– Смотри, как бы у тебя не налился, – угрожающе предрек парень, на всякий случай отступив в сторону.
– Я-то смотрю. И пока нехороших признаков не вижу. А вот тебе советую почаще оглядываться: никогда не знаешь, с какой стороны прилетит неприятность.
Стражник недобро сузил глаза, сверкнувшие из-под шлема искренней неприязнью, но мы уже проехали мимо. Правда, успев напоследок услышать негромкое:
– И ты побереги спину, чужак. Харон – не то место, где можно чувствовать себя в безопасности.
В гильдийный дом мы уже не пошли: Фаэс, даже если не спал, все равно бы не обрадовался позднему визиту. Так что мы вернулись в трактир, порадовав хозяев, сытно перекусили, а я, пользуясь тем, что других постояльцев не было, а господин Берон отчаянно скучал, даже позволила себе немного задержаться, чтобы узнать последние новости.
Как оказалось, Нор был первой крепостью, которую после захвата нежитью (а случилось это около двухсот с копейками лет назад) люди сумели выстроить в Долине. Сперва это был хорошо укрепленный пост. Через полгода появилась собственно крепость, а потом в течение десяти лет войска короля потихоньку отвоевывали у Харона по небольшому кусочку пространства, постепенно возвращая себе эти плодородные земли.
Почему так случилось и как именно произошел захват, люди считали по-разному.
