Вот если бы он просто предложил ей принести заодно хлеба раз все равно в магазин собрался – это я бы понял. А вот хрен тебе! – подумал я, но вслух сказал следующее:
– Чего ты, мам, сама ходить будешь? Давай я с дядей Сашей схожу. Ты только напиши что купить.
Понятно, что это рушило все его планы, но формально ни ему, ни маме возразить было нечего. И отказываться от приглашения поздно.
– Ну хорошо. – чуть скривился Александр – Подходи тогда к нашему дому через час.
С тем он и откланялся. Мы с мамой перекусили, она написала подробный список необходимого, выдала денег и я отправился в путь.
Возле дома усатого уже топтались его жена с подругой. Жена – Светлана, подруга – Валентина – вспомнил я. Не перепутать бы. Едва я подошел, появился и сам хозяин. Выяснилось, что отправляемся мы все четверо. Тут меня немножко кольнула совесть. Может я зря о нем так думал насчет его намерений относительно мамы? Уж при обеих своих тетках он бы не осмелился к ней приставать. Впрочем, кто сказал что если бы мама согласилась он бы взял с собой жену?
Усатый повел нас куда-то в сторону, не туда откуда мы приехали. Через ту часть деревни, где еще оставались местные жители. Оттуда тянулась накатанная грунтовка, через луг к роще.
– Вот сразу за той рощей станет видна цель нашего путешествия. – подсказал усатый.
Мы с ним шли рядом. Тетки, приотстав, плелись сзади, о чем-то тараторя. Усатый рассказывал, как чудесно ему живется на даче, между делом расспрашивая меня о маме и вообще нашей семье. За разговорами дорога незаметно вынырнула из рощи и я увидел покосившиеся дома, ни разу не лучше чем в нашй деревне.
– Дядь Саш, а чего несправедливость такая – у них есть магазин, а у нас нет? Я думал, тут здоровенное село, а оказывается – все как у нас.
– Не знаю… – пожал он плечами. – Тут вроде народу побольше осталось. Но сдается мне, года через три и здесь торговля накроется."
"Магазинчик оказался типично деревенским. Хмурая продавщица, лет тридцати, с огромной грудью в розовом лифчике под белой прозрачной блузкой, помятым то ли спросонья, то ли с похмелья лицом и толстыми бедрами под экстремально короткой джинсовой юбкой принесла мне все требуемое, отсчитала сдачу и занялась Александром. Я отошел в сторонку, удивляясь тому, что работницу торговли совершенно не беспокоят ни открывающиеся нам всем между ее ног красные трусы когда она приседает над коробкой с консервами, ни норовящие вывалится из лифчика сиськи. Вот, отвернувшись, она наклонилась над нижней полкой, продемонстрировав нам обтянутый трусами зад и немного промежности. Мне аж самому неудобно стало, хотя член в штанах заметно напрягся.
Набрав все что нужно мы двинулись обратно.
– Как тебе, Вов, продавщица? – спросил усатый, когда мы вошли в рощу.
– Охренеть. – признался я.