Мама потрогала яички и перешла к члену, проводя по нему пальцами, отодвигая кожицу и ощупывая головку. Второй рукой она взялась за мошонку. Я, продолжая молчать, расставил ноги. Мамина рука немедленно скользнула между них, проведя пальцем от мошонки до ануса. Член встал. Мама подошла еще ближе. Мне не было видно в воде что она делает, поэтому каждое ее действие оказывалось для меня сюрпризом. Я замер, стараясь даже не дышать.
Казалось, малейшее мое шевелении мгновенно все разрушит. Мамины руки становились все настойчивее, она сделала еще один маленький шажок ко мне. Головка коснулась ее живота. Точнее, как мне показалось, немного ниже, задев волоски на лобке. Я представил себе – Что, если бы отогнуть член еще немного вниз, то он бы оказался точно у нее между ног. А там совсем немного осталось бы до заветного входа… Я представил, как мой орган входит в маму и член запульсировал в ее руках, выплевывая сперму.
Когда эйфория спала, мне стало обидно что все так быстро закончилось. Да еще мама сказала что-то вроде ""Жалко что уже все… У меня немного другие планы были… "". Я-то, понятно, все еще под впечатлением, воспринял это от как минимум ""У меня еще много способов доставить тебе удовольствие"" до как максимум ""Я бы тебе дала"". Последнее, ясное дело, относилось к совсем фантастической фантастике, но мысль все равно засела в голове. Она ворочалась там все время, пока мы вышли на берег, вытерлись и оделись. Мама не потребовала отвернуться, так что я сначала стоял и глупо пялился на нее, пока она не заметила это и не прикрикнула на меня.
– Мам… – вспомнил я по пути домой – Забыл сказать, усатый же нас с тобой в гости звал. Это вчера, а сегодня я Светку встретил – так она снова напомнила. Вот только…
– Что еще ""только""?
– Я так понял, усатый на тебя определенные виды имеет… как на женщину.
– А ты, стало быть, против? – усмехнулась она.
– Не… Ну как то… Не то чтобы против… Но…
– Короче! Вовик, давай уж называть вещи своими именами! Как ты считаешь, можно Александру меня трахнуть или нет?
Взгляд у мамы при этом сделался хитрый-прехитрый, с легким оттенком издевательства.
Тут я совсем растерялся, не понимая какого ответа она от меня ждет. Она ж сто процентов уже определилась! А ошибаться не хотелось бы – кто ее знает, как она отнесется к тому, что ее желания не совпадают с моими. В конце концов я отмазался:
– Так это тебе решать, мам. Он же не меня хочет, так что сама думай. А я на все согласен, какое мне дело до его хотелок?
– Тебе, Вов, надо дипломатом быть! – рассмеялась мама. – Вывернулся таки. Ладно, сходим завтра, посмотрим на него. Но учти – я сказала ""просто сходим"". Не более!
В гости к усатому мы пошли ближе к вечеру, решив, что можно и без предупреждения. А что, звал же заходить в любое время.