Все правильно, валькирии и подумать не могли, что беглец рванет в глубь их территории. Наверняка сейчас на северо-востоке облавы проводят. А ведь этим стервам даже сегодняшний мороз не помеха. Внутри торгового дома два незнакомых темноволосых парня пытались пристроить у стены между полок и стеллажей старый автомат газированной воды. Места катастрофически не хватало.
— Привет, — поздоровался я с отрешенно наблюдающим за грузчиками Вениамином, который попутно расправлялся с содержимым банки сгущенки.
— Е-э-э… — протянул приказчик, обернувшись ко мне, и поправил вконец сдвинувшуюся на затылок шапочку, — ты с какой помойки выполз?
— Иди ты, — отмахнулся я. — Это что за рухлядь?
— А, в подвале Облторга откопали, вот и решили посмотреть, вдруг пригодится. — Вениамин внимательно оглядел мою простреленную и рваную фуфайку. — Ну и вид у тебя. Только из рейда, что ли?
— Ага. — Я не стал ничего объяснять и кивнул на грузчиков: — Новенькие?
— Гиоргадзе попросил родственничков к делу пристроить.
— Ян Карлович не занят?
Когда я протиснулся между стеллажами к двери, оказалось, что она уже открыта. Меня ждут?
— Здравствуйте. — Я прикрыл за собой дверь и скинул фуфайку прямо у порога. Чародейский шар в этот раз светил необычно тускло. У хозяина осеннее настроение?
— Заходи. — Ян Карлович поставил на стол две пузатые рюмки и налил коньяка. — Угощайся.
— Спасибо. — Я сел, зажал в ладони рюмку и вдруг понял, что совершенно не представляю, как начать разговор. Претензии неуместны, какие вопросы задавать, не знаю, а на дипломатию и долгий разговор ни о чем не осталось сил. Да и мерзкое ощущение, будто мою душу подцепили крючком и теперь тянут неведомо куда, мешало сосредоточиться. — Извините, что отвлекаю, но тут у меня несколько вопросов появилось…
— Выкладывай. — Торговец поморщился, когда я залпом выпил коньяк. — Лучше сразу все, чтобы время зря не терять.
— Договорились. — Я поставил рюмку на стол. Хороший коньяк, но сейчас не для меня. Пьешь и думаешь: а не вспыхнет ли спирт во рту? Лучше б пива. — О чем вы меня хотели предупредить в прошлый раз? Чем так важен мой нож? Кто такие синеглазые? Что…
— Стоп, стоп. Погоди, — выставил вперед руки Ян Карлович. — Давай по порядку.
— По порядку, так по порядку, — вздохнул я и начал рассказывать. Про купленный нож, покушения, валькирий, разговор в больнице. Умолчал только про стылую лихоманку — с без пяти минут трупом и разговор соответствующий — и про убийство Васи Кривенцова. Много времени рассказ не занял, и, замолчав, я выжидательно уставился на торговца.
— Что я могу сказать? — Владелец кабинета снял очки и потер виски. — Вляпался ты.