Резко пахнуло гноем, и Рей увидел большое темное пятно под кожей, где копошились белесые тени.
Хан мрачно кивнул, запахивая халат.
– Каждый пятый умирает в страшных мучениях. Некоторые так страдают, что сами бросаются на нож.
Рей мысленно перебирал все доступные ему варианты, пока не остался один. Очевидный и крайне рискованный.
– Хан, я не смогу вылечить всех…
– Да. Тебя смогу. Но тайну того, как именно я тебя вылечил, ты должен сберечь от всех. Даже от самых верных тебе людей. И не думай сейчас о детях и стариках, которые мучаются больше тебя. Ты вождь, и твоя жизнь сейчас дороже.
– Ты не шаман, – проворчал Хан, опустив голову. – Ты искуситель.
– Мужество нести ответственность за свое племя – удел сильных, – проговорил Рей. – Я могу вылечить одного человека, и если ты скажешь, что это должен быть не ты, а другой, я так и сделаю. Но для тебя это будет только побег от тех бед, которые стоят перед твоим народом.
Хмуро насупив брови, Хан махнул рукой.
Крохотная плоская аптечка первой помощи, спрятанная в складках одежды, совсем не впечатляла. Но это был одноразовый пропуск с того света. Сработанная на неведомых заводах звездной Империи и повторенная вакуум синтезатором в подвале Кивилгаровой башни, она вмещала в себя не только лекарства на самые тяжелые случаи жизни, но и портативный анализатор.
Рей просто прижал аптечку к пораженному месту. Дальше она делала все сама.
Через некоторое время Хан удивленно пошевелил сначала правым плечом, потом рукой, затем встал.
– Ты все-таки великий колдун, – просто сказал он, удивленно глядя на присосавшуюся к его боку коробочку.
– Великий Хан, оберни это место широким поясом и не снимай его три дня.
– Ты говоришь так, будто собрался куда…
– Ну надо же мне посмотреть на твоих зверюг. Ты еще не забыл, что нам предстоит славная охота?
– Нам? – ехидно поинтересовался Айасс. – Разве ты не собирался очистить нашу степь от чудовищ в одиночку?
Рей нарочито равнодушно зевнул и произнес, глядя в потолок:
– Я, конечно, могу сделать это и один. Но будет ли это красиво, если чужеземец пойдет воевать за степной народ, а сам народ будет стоять и смотреть в стороне. Что скажут старейшины родов?
– Ты не колдун! – убежденно сказал Хан. – Ты сын степной кошки и внук шипастого койхо. Только тебя поймаешь за хвост, и в руке или помет, или полная рука иголок. Скажи, там, откуда ты прибыл, еще много таких?
– О… – Перед мысленным взором Рея сразу промелькнули Горчаков, Черчилль и многие другие. – Там, о Великий Хан, много таких, перед которыми я – несчастный маленький подавальщик полотенец…
– А далеко твоя родина? – с неподдельным интересом осведомился Айасс.
– Очень, – серьезно ответил Рей.