Семнадцатилетняя Настя, мечтающая стать актрисой, считает свою мать Тонечку неудачницей. Но когда девушка начинает разбираться в семейных тайнах, связанных с покойным отцом и ненавистью бабушки к нему, она понимает, что жизнь намного сложнее, чем казалось. История о том, как судьба...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сценарии судьбы Тонечки Морозовой» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Семнадцатилетняя Настя, мечтающая стать актрисой, считает свою мать Тонечку неудачницей. Но когда девушка начинает разбираться в семейных тайнах, связанных с покойным отцом и ненавистью бабушки к нему, она понимает, что жизнь намного сложнее, чем казалось. История о том, как судьба...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Семнадцатилетняя Настя, мечтающая стать актрисой, считает свою мать Тонечку неудачницей. Но когда девушка начинает разбираться в семейных тайнах, связанных с покойным отцом и ненавистью бабушки к нему, она понимает, что жизнь намного сложнее, чем казалось. История о том, как судьба...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Кровь капала из носа, он шмыгал, время от времени утирался ладонью и с удивлением смотрел на кровь.
– Здорово, Родион, – сказал Герман из-за ее плеча. – Как сам?..
Парень искоса глянул на него, сплюнул, взял немного снега и приложил к губе.
– Разрешите отрекомендоваться, а то вы меня так и не признаете, – энергично начал тот, что был в форме. – Подполковник Мишаков Сергей Петрович, начальник здешнего ОВД. Мы с вами еще с Москвы знакомы!
И только тут Тонечка его узнала!
В прошлом году он, этот самый Мишаков, расследовал убийство артистки, которое случилось почти что на глазах у ее дочери Насти![2]
Страшное дело.
– Саша, – пробормотала Тонечка. – Саша… а… как же? Я ничего не понимаю, как ты здесь?.. Откуда?..
– Так мы пообедать заехали! По старой дружбе! – объявил жизнерадостный подполковник. – Вон мои окна, угловые, на третьем этаже!
Тонечка зачем-то подняла голову и посмотрела на угловые окна.
– Я был у Сереги на службе, – Герман взял ее за плечи, повернул к себе и осмотрел с головы до ног. – Ты как?.. Ничего?
– Мы за Ермолая терли, – пояснил Мишаков. – Ну, за Кондрата Ермолаева, в смысле. А потом уж и обед, так я Сашку и говорю: поедем, Сашок, ко мне, я тебе покажу, какие хоромы мне местное МВД снимает!
Тонечка перехватила руку мужа и сунула себе в карман. И там крепко сжала его пальцы.
– Вы же в Москве были, – пробормотала она.
– Сюда на повышение кинули, – подхватил Серега. – Годика на два, на три. Потом полковника обещали и обратно в управление! А ты-то тут как приземлилась, Антонина… как по батюшке тебя?
– Федоровна, – хором сказали супруги Герман.
– Я зашла книжки посмотреть, – объяснила Тонечка тонким голосом. – Вон там вывеска «Старинные и редкие книги». Я хотела Эренбурга купить, а тут… такое!
– И наскочила, стало быть, на хулиганствующий элемент! Куда б нам его деть, пока мы обедать будем?.. А! Я его в подъезде к батарее пристегну, и вся недолга!.. А тебя, Антонина Федоровна, чего геройствовать понесло? За каким лешим ты погналась-то за ним?
– Как… за каким лешим? Чтоб не убежал!..
– Она такая, – сказал Герман, и непонятно, с досадой сказал или с восхищением, – она может.
– А терпилу ты знаешь, что ль, Сашок? По имени кличешь!"
"– Да это племянник Кондрата Ермолаева! По крайней мере, говорит, что племянник.
– Да ну-у-у?.. – вдруг поразился Серега, присел на корточки перед парнем и сдвинул на затылок фуражку. Фуражка настолько ему не подходила, что казалось, он снял ее с чьей-то чужой головы. – За что метелили? Чего не поделили?..
Парень ладонью крепко отер нижнюю часть лица.
– Да они… закурить попросили, а я сказал, что некурящий, вот они меня сюда затащили и …
Сергей Мишаков поднялся с корточек и протянул парню руку. Тот уцепился и неловко встал.
