Настя Морозова, бывшая оператор фотошколы, впервые встречает таинственного учителя истории Даниила. Вместе они исследуют старый особняк, где Настя открывает секреты необычных событий — аномальных происшествий и загадочных фотографий. Каждое движение затачивается подозрением на чужака в черной тоге, и Настя вынуждена собирать доказательства вместе с Даниелем, чтобы спасти школьникам их безопасность....
Как расстались, из-за чего?
– Да скорей всего, расстались потому, что Диме королева красоты понадобилась! Которая после его смерти все и получила, а первая жена и сын ни с чем остались!
Отец Илларион опять вздохнул:
– А может, он их уберечь хотел от худшего, когда понял, чем его дела могут обернуться? И не желал, чтоб на деньги его, кровью политые, сын жил?
– Батюшка, – сказала Тонечка с досадой, – вы же умный человек. Вы же понимаете, что вряд ли Диму Бензовоза волновали философские вопросы! И уж точно никаких нравственных законов он в себе не искал.
– А почем ты знаешь?
– Я так думаю.
– Ты про людей, матушка, хорошее думай, а не худое. Так и тебе жить легче, и им поддержка.
Тонечка опять стала ходить, и через некоторое время отец Илларион взмолился:
– Да присядь ты, ради бога, что ты мечешься? В глазах рябит!..
Тонечка плюхнулась на стул:
– А вас сюда служить направили после того, как убили того священника, первого? Да?
– Какой же он первый, – улыбнулся Илларион.
– А тайник? В котором ковчежец хранился?
– Что тайник?
– Его когда… оборудовали?
– Матушка, – удивился отец Илларион, – да кто ж теперь скажет! Должно быть, когда храм ставили, тогда и оборудовали.
– А откуда вы о нем узнали? Когда приехали сюда служить?
– Так от отца дьякона! Он знал, ему предшественник мой показывал. А тот от своего предшественника узнал.
– А отец дьякон у нас в Новороссийске, – проговорила Тонечка. – Спросить его мы не можем…
– О чем спросить-то?
– Кто еще знал о тайнике? Нет, не так, – остановила себя Тонечка, и сценарист у нее в голове густо зачеркнул написанное. – Знала ли о тайнике первая жена, Валюша? Если Дима при ней ковчежец подарил, а получается, что при ней, она тогда была его женой, выходит, знала!
– Так и что с того?
– А у нее сын, – продолжала Тонечка. – Которому от отцовских богатств ничего не досталось.
– Господи помилуй, – пробормотал отец Илларион.
– Я никак не могла понять, откуда грабители знали про тайник в алтаре, – зачастила Тонечка. – Вы сами тогда сказали, что почти никогда его не открывали, а уж при посторонних точно!
– Не открывал, – согласился Илларион.
