Мне повезло свести концы к концам со своим бабуляком, ведьмой Катериной Леснянской. Ее памятник сияет в полдень, словно залит кровью всех, кто приходил помянуть ее. Над могилой развесили красные гвоздики — символ примирения и покаяния. Здесь жестокий мир соседствует с тихим, но сильным миру непонятным миром ведьм....
– Вообще, это происходит именно случайно и нечаянно, – улыбнулась я, с любовью посмотрев на Эрна.
Он подлетел ко мне, вытащил из переноски и, усаживая на сгиб локтя, хрипло уточнил:
– Сильнее некуда?
Я сперва нахмурилась, не сразу догадавшись, о чем он, а потом, вспомнив перепалку с темной, смущенно кивнула:
– Угу.
– Моя ты ведьмочка любимая! – Блеснув белоснежными клыками, он одарил меня сумасшедшей, почти плотоядной улыбкой.
Я смущенно опустила глаза и натолкнулась взглядом на жрецов Света. Мало того, что они не уехали.
Сложно объяснить, что толкнуло меня пообщаться с ловчими. Я кивнула на них:
– Эрн, мне нужно переговорить с ними.
– Зачем? – напрягся муж.
– Надо! – Я с мольбой посмотрела ему в глаза.
Под настороженными взглядами людей наш небольшой отряд приземлился, и мы с Эрном приблизились к ловчим. Точнее, к главному.
– Вот и свиделись, госпожа Елена, – ровно произнес он, чуть задирая подбородок и проявляя этим злость или досаду.
– Добрый день, лир Мартис, – натянуто улыбнулась я, удивившись, что он запомнил имя, которым я тогда назвалась. – Простите, что обманула.
– И сбежала! – В эмоциональном упреке чувствовалось большее, чем просто досада из-за упущенной ведьмы. Злится, небось, что я от него удрала.
– Вы знакомы, любимая? – напрягся Эрн.
– Мимоходом, – успокоила я мужа, поцеловав его пальцы, лежащие у меня на плече.
Глаза лира Мартиса вспыхнули ревностью, удивив меня еще сильнее.
– Чего ты хочешь?
– То, что вы делаете, неправильно! – заявила я с места в карьер, не в силах справиться с волнением.
Ловчий хотел было возмутиться, но я взмахнула рукой, требуя дать мне возможность договорить.
– Со временем многие забыли, что ведьмы – хранительницы равновесия. Равновесия между Светом и Тьмой!"
"– Мы чистим наши земли от Тьмы! – сухо и непримиримо возразил Мартис.
– Нет, вы заблуждаетесь! – Я качнула головой.
– Вы не умеете любить! – рыкнул Мартис.
– Вы снова ошибаетесь! Ведьмы любят только раз, но до самой смерти. Если мы ошибемся и полюбим недостойного, того, кто не сможет ответить взаимностью, предаст или отвернется, – это убьет нас. В буквальном смысле! Поэтому чтобы выжить, ведьмы вынуждены обращаться к Тьме.
