Автор
Янина, пребывающая в состоянии шока после тяжелой битвы за свою жизнь, не замечала почти ничего — ни боли, ни страдания от внешних повреждений. Только измождение и страх за своего мужа Ярослава, который потерял жизнь во время игры. Теперь она одна, заботясь о восстановлении своих физических сил, а также надеясь найти виновников этой ужасной автокатастрофы....
Она вошла пришибленная, лишённая лоска и разом потерявшая всё очарование. Сейчас передо мной была обыкновенная, ничем не примечательная девушка с потускневшим взглядом.
Я предложил ей подписать бумаги в обмен на то, что с неё будут сняты все обвинения.
— Меня отпустят? — уточнила Алина.
— Разумеется, — соврал я, не моргнув глазом.
Алина не стала упрямиться и быстро всё подписала, обрадовавшись тому, что легко удалось избежать наказания.
— Можете уводить обратно в камеру, — попросил я полицейских.
— Куда? Володя? Володя! — кинулась она в мою сторону.
Алину сразу же подхватили под руки."
"— Мы же договорились, Володя! Мы же только что договорились! Я позвонила предупредить тебя!
— Было уже слишком поздно для раскаяния. Янине угрожала опасность, я пролежал без сознания больше двух суток и очень много времени провёл в больнице.
— Но ты же обещал! Ты держишь свои обещания! Ты же только что говорил, что меня отпустят! — верещала Алина, порываясь ко мне, но её держали крепко.
— Говорил. А ещё я говорил, что ты в случае добровольного развода без судебных тяжб уйдёшь не с пустыми руками.
— Это всё он! Это Востров! Это Востров предложил мне убрать тебя! Это была его идея!
Я вышел. Любовью здесь и не пахло. Просто временное объединение двух любителей наживы.
Мне было плевать. Их осудят, они ответят за свои поступки. Каждый из них.
А я… Меня ждёт моя любимая и сын.
Я вызвал такси. Временно мне категорически запретили ездить за рулём. Я с нетерпением дождался конца поездки. Не привык быть ведомым пассажиром.
Я остановился и несколько секунд постоял без движения перед тем, как повернуть ручку двери и войти в дом.
Сегодня здесь непривычно людно. Я не большой любитель принимать малозначащих гостей в своём доме. А за последние три года, проведённые без Янины, я, кажется, совсем превратился в нелюдимого бирюка или робота.
По дому передвигалась только прислуга и бывшая жена. Даже друзей я приглашал к себе очень редко.
Но сегодня — не тот случай.
Издалека слышен голос брата Янины. Его громким басом с лёгкостью можно перекрыть гул толпы.
В холле меня встретила моя девочка. Её глаза сияли от счастья.
— Наконец-то! Мы тебя заждались!
Янина обняла меня, поцеловав, и добавила тише:
— А я соскучилась.
