Автор
Янина, пребывающая в состоянии шока после тяжелой битвы за свою жизнь, не замечала почти ничего — ни боли, ни страдания от внешних повреждений. Только измождение и страх за своего мужа Ярослава, который потерял жизнь во время игры. Теперь она одна, заботясь о восстановлении своих физических сил, а также надеясь найти виновников этой ужасной автокатастрофы....
По факту мне для выплаты задолженности по заработной плате и за аренду офисного помещения в центре города пришлось выгрести все накопления, что у нас были.
Многообещающий проект Ярослава по поставке офисного оборудования провалился с треском.
У меня голова пухла от цифр и кредиторов, осаждающих пороги: «дай-дай-дай»… Кто-то шёл на уступки, кто-то туманно намекал на иной вариант решения проблемы.
Мне не хотелось, чтобы из меня силой выбивали долги, поэтому отдала всё накопленное. Потом решила поставить дом на продажу.
Я расплатилась почти по всем долгам мужа. Если удастся продать дом по хорошей цене, то денег хватит, чтобы купить однокомнатную квартиру и разобраться с долгами окончательно.
Я хотела продать дом как можно быстрее. Меня тяготил его вид. В особенности стены, каждая из которых хранила воспоминания о муже и о нашем браке. Неидеальном, со своими проблемами и сложностями, но ценном для меня.
Я судорожно пыталась придумать, чем занять свой вечер, чтобы не сходить с ума от безысходности, как вдруг заметила возле дома припаркованный внедорожник брата Ярослава.
Я замерла на месте. Владимир заметил меня и вылез из автомобиля, поздоровавшись.
— Привет, Янина.
Владимир был одним из немногих, кто произносил моё имя в полном варианте, не сокращая до Яны.
— Привет.
— Я видел объявление. Ты продаёшь дом?
— Да, я решила продать дом.
— У тебя проблемы? Дела у Славы… — Владимир сделал паузу, словно подбирал слова, чтобы не обидеть меня. — Дела у Славы не всегда шли хорошо.
— Я знаю.
— Тебе нужны деньги? Сколько? — резко спросил Владимир.
Я всегда поражалась разнице между братьями.
Близнецы. Одинаковая внешность за исключением родинки у Владимира. Разумеется, жесты и привычки у них были иные, и голос у Владимира немного грубее.
Но какие же разные у них были характеры!
Ярослав был человеком лёгким и позитивным, словно весеннее солнце. А Владимир напоминал бетонную плиту, придавливающую своей монументальностью и резкой грубоватостью.
— Мне не нужны деньги.
Владимир вздохнул и открыл дверь внедорожника, подтолкнув меня в спину.
— Залезай. Поехали поужинаем.
— Я не стану с тобой ужинать. Это ни к чему.
— Ни к чему твой бледный вид и отказ от еды. Посмотри на себя: отощала, джинсы на тебе едва держатся. Где та Янина, что вскружила голову моему братцу?
Владимир помолчал и добавил:
— И не только ему.
Слова Владимира отозвались где-то внутри трепетной дрожью.
— Мы договорились с тобой не вспоминать о том происшествии, — ответила я.
