Но та на этот раз не стала припадать к земле, а просто перепрыгнула через него, по пути выдрав со спины Соло клок шерсти.
И снова разворот, снова погоня.
Снежные хлопья всё падали и падали, кружась нескончаемым хороводом. И к этому часу уже полностью покрыли все поверхности, правда пока довольно тонким слоем. Крепкие лапы зверей оставляли позади себя цепочку чёрных отпечатков и взрытую, перемешанную со снегом, землю."
"Волки бежали, а Стеша безуспешно билась, пытаясь докричаться до своего зверя или привлечь внимание Бориса. Но волчица полностью блокировала мыслеречь, не позволяя второй половине испортить такое восхитительное завершение дня.
Как же Стефания жалела, что в последнее время почти не общалась с волчицей! Вернее, резко пресекала все попытки той поговорить, донести своё мнение, объяснить что-то известное ей, Дее, про Ардарского и его волка.
Надо было её выслушать! В конце концов, Дея — это тоже она, Стеша, они не могут одна без другой. Но человеческая ипостась решила, что она главная, и игнорировала мнение зверя.
Похоже, терпение второй половинки закончилось, и на первый план вышли инстинкты, а разум… Разум отправился на задворки — наблюдать со стороны, как теперь уже Дея единолично распоряжается их общей со Стешей жизнью.
И пусть это не навсегда, пусть рано или поздно волчица снимет блок, и они поменяются обратно, но это уже ничего не изменит!
Ей надо вернуться здесь и сейчас!!!
Стеша долбилась, пока, наконец, не почувствовала, что поставленный волчицей барьер начинает сдавать. Мало-помалу преграда истончалась, и девушка собрала все силы, готовясь нанести последний удар.
Но снова вмешалась Дея.
Серебристая самка перестала завлекать Соло и позволила ему себя догнать. А потом приняла позу подчинения и отвела хвост.
Разгорячённый погоней и восхитительным ароматом желанной самки, волк не стал ждать второго приглашения. Мощные лапы подгребли волчицу, не давая ей вывернуться, зверь качнул тазом, и звери соединились.
Стеша издала безмолвный вопль и забилась, потерявшись в ощущениях.
Единение в звериных ипостасях оказалось не менее крышесносном, чем близость человеческих половинок. С трудом собранная в кулак воля рассыпалась звёздами, и Стеша потерялась в ощущениях, слившись с Деей в одно целое.
Очнулась она от острой, короткой боли в плече — Соло сделал последнее движение и, изливаясь, пометил Дею, как свою пару. В этот же момент своевольная волчица тонко взвизгнула, засучила ногами, и повернула голову, собираясь в свою очередь укусить волка.
Стефанию как огнём опалило!
Откуда только у неё взялись силы? Казалось, бесплодные попытки выжали досуха, но боль от метки и осознание, что будет, если Дея успеет ответить, словно открыли в ней второе дыхание.