Автор
Катя демонстрирует обычную легкость с работой в условиях непростых климатических условий, пока на заднем плане зазвучит вопрос о безопасности лекарств для беременных, напоминающий о теневом мире медицины. Книга "Счастье по принуждению" открывает дверь в мир, где обычные манипуляции переплетаются с загадочными тайнописями и неизведанными правилами существования....
Как девчонку колотит.
Что это было? Почему я поверила? Вот так просто? Мало ли что за злая шутка это может быть? Может быть, Руслан, просто не поставил зачёт нахалке, а ее выгнали из института? Такое же может быть? Может. Логика подсказывает именно это. А сердце дергается.
Хватаю телефон, долго смотрю на фотографию мужа, не решаясь сделать звонок. Это как прыжок в омут. И я держусь за руль, как за спасательный круг, пока идут гудки.
— Алло… — слышу в трубке родной голос. Страшно представить, мы со школы с ним вместе.
— Руслан, — всхлипываю, — это правда?
— Что правда? — Раздраженно.
— Что у тебя будет ребёнок?
Пауза в динамике отвечает мне красноречивее слов.
— Подожди, я выйду в коридор, — говорит Руслан. — Катя, фух, послушай, давай дома…
«Ааа!» — Взрывается во мне. А может, я действительно кричу.
Сбрасываю звонок и, рыдая, падаю на руль. Так, наверное, логично случается, когда «сапожник без сапог».
Телефон постоянно вибрирует звонками. С работы, от Руслана… Какие все заботливые!
Как-то умудряюсь доехать до дома и не разбиться.
Свекровь выплывает в коридор. Окидывает меня пренебрежительным взглядом и подаёт мусорный пакет.
— Вынеси сразу, а то тухлым пахнет. Нужно следить за холодильником, Екатерина. Мне пришлось выбросить столько еды. Некуда было поставить борщ. Тефтели вообще в чем-то…
— Я готовила их вчера, — отвечаю в тихой истерике.
Скидываю с ног туфли и прохожу в комнату.
Глава 2
Катя
— Руслан, твоя жена уезжает, — истерично докладывает свекровь по телефону, пока я закидываю вещи в чемодан.
Все подряд и побольше.
— Поговори с мужем, — протягивает она мне телефон.
Я, не реагируя, застёгиваю чемодан, выдвигаю ручку и обхожу свекровь, двигаясь в коридор.
Пока обуваюсь, слышу, как свет очей Ирина Львовна склоняет меня сыну в трубку. Да, я именно такая, и отвалите. Ешьте свой правильный борщ.
И словно подтверждая мои слова…
— Неблагодарная! — Вылетает следом за мной свекровь. — Приехала ни кола ни двора. Учебники веревкой перевязаны. Забыла? Ох… — театрально обмахивается полотенцем, — а ведь я была против.
— Вот и прекрасно! — Рявкаю в ответ и открываю дверь. — Хорошо, что у вас прекрасный сын!"
"Слёзы жгут глаза. Мне хочется высказать ей, что это все она виновата.
