Автор
Катя демонстрирует обычную легкость с работой в условиях непростых климатических условий, пока на заднем плане зазвучит вопрос о безопасности лекарств для беременных, напоминающий о теневом мире медицины. Книга "Счастье по принуждению" открывает дверь в мир, где обычные манипуляции переплетаются с загадочными тайнописями и неизведанными правилами существования....
— Вам нужно хотя бы пару дней отлежаться, — пытаюсь достучаться до Кирова. — И не пить! Вдруг потребуются антибиотики.
— Да здоров я! — Вдруг рявкает Тимур и припечатывает кулаком по столу. — Ты перепутала, Катя. Твой подопечный не я! Оставь меня в покое!
— Оставила! — Повышаю голос в ответ и швыряю обратно на стол чайную ложку, которую собиралась убрать. — Мне действительно есть чем заняться! Ваш сын скоро проснётся…
Глубоко дышу, чтобы не зарыдать. Разворачиваюсь, обираясь выбежать из кухни, но вдруг Тимур перехватывает меня за руку и рывком возвращает, усаживая себя на колени.
— Что вы делаете? — Возмущённо пытаюсь выкрутится, но Киров обездвиживает меня.
Зарывается пальцами в волосы и ведёт по моему уху носом, делая глубокий вдох.
— Скажи мне, что ты переживала за меня, девочка… Просто скажи.
Это так лично и оглушающе, что мое тело покрывается мурашками. Отзывается на его хриплый голос, как на ласку и обмякает.
— Это было моей ошибкой и больше не повторится, — шепчу и упираюсь руками в плечи.
— А почему переживала? — Обжигая дыханием шею, спрашивает Тимур. — Снова боялась, что не заплачу за работу?
— Что вы несёте? — Снова взрываюсь я и пытаюсь его оттолкнуть. — Я за вас, как за человека…
— А представь, что меня больше нет, — перебивая, горячо шепчет Тимур. — Ты бы жалела, что не переспала со мной? Там, в ванне. Ммм? Вспоминала бы наши поцелуи? Катя…
— Перестаньте! — Рвусь я из его рук. — Зачем вы меня оскорбляете?
— А я бы очень жалел…"
"Киров все-таки зажимает мою голову и впивается в губы поцелуем.
Вместо того, чтобы целовать, кусаю Тимура в ответ. Чувствую во рту вкус железа с бергамотом. Там рядом где-то есть недопитый чай. Можно вылить его Кирову на голову, но на голове рана, а все остальные места — бессмысленно и как-то несерьёзно.
— Сучка… — отрывается от меня Тимур и облизывает прокусанную мной губу. — Отвечай мне, Катя… Я чувствую, как ты хочешь меня. Вижу, как смотришь. Знаю, как от поцелуев течёшь…
Снова впивается в мой рот. Держа за волосы, заставляет запрокинуть голову и подставить под поцелуи шею. Спускается губами до груди и кусает соски прямо через белье и футболку.
