Самолет резко разгоняется, отрываясь от взлетной полосы и уменьшаясь в глазах Матвея. Он смотрит на иллюминатор, где люди, дома и машины быстро исчезают, а земля становится кратким чертежом: белым снежным фоном с штрихами дорог, строений и дымки леса. Матвей приходит домой — в место, где родился он и его предки жили по многу веков. Впереди — новая жизнь после долгих странствий....
Во дворе она наскоро сполоснулась у рукомойника и без напоминаний метнулась в дом, к печке: подать сразу, как Прон сядет за стол.
Всего лишь отварная картошка, но, натомившись в русской печке, заправленная маслом, она исходила вкусно пахнущим паром.
Женщина поставила плошку с квашеной капустой, порезав в неё лучок, плошку с солеными огурчиками, кувшин с молоком, полкаравая хлеба, тарелку Прону и ложку.
Смахнула со столешницы крошки и крикнула:
- Все готово!
Кряжистый оборотень вошел в избу, которая сразу стала выглядеть ещё меньше и теснее, оглядел стол.
- Садись тоже.
Быстро поели, Людмила убрала со стола, перемыла миски и ложки, всё это время Прон что-то шурудил в сенях, позвякивая железом, похоже, правил литовку. Неужели, будет еще косить, а как же обещанный дождь?
И – снова на работу – дотемна.
Когда, в первые дни, Людмила принималась ныть, что устала и больше не может, ей надо отдохнуть, Прон неизменно отвечал:
- Зимой наотдыхаешься.
И оставлял без еды, если она, по его мнению, ленилась.
Прон и Клавдия, его жена, обстоятельно показывали и объясняли, что и как нужно делать. Два, три раза. А на четвертый требовали, чтобы она все выполнила тщательно, быстро и безошибочно.
Эти ненормальные оборотни вообще не сидели без дела. Совсем!
Если не вкалывали под открытым небом, то выполняли домашнюю работу под крышей. Даже отдых у них был весьма своеобразный: Клавдия перебирала шерсть, пряла, лущила горох, штопала, шила – в общем, руки её покоя не знали.
И это – в наше время, когда нет никакой необходимости самому шить сапоги!"
"Но отшельники предпочитали есть и носить только то, что выращено, добыто, изготовлено собственными руками. Ненормальные! Самое поразительное, им такая жизнь нравилась, переезжать к цивилизации никто не собирался, а если, по нужде родичей, выбирался в город, то потом долго плевался и бранился, вспоминая городские порядки, воздух, еду.
Но детей отшельники учили в городах, что никак не вязалось у Людмилы в голове.
- Ребенок растет, видит, как живут родители, помогает, участвует в жизни семьи и рода. А потом едет учиться, и видит уже другую жизнь. Когда молодой волк окончит школу, у него будет выбор – вернуться домой, в тайгу, или искать доли на Большой Земле, - объясняла Клавдия.
![Обложка книги Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]](/uploads/posts/images/5/oblom-dlia-vlastnogo-ili-ia-tvoi-zaichik-si.jpg)