Самолет резко разгоняется, отрываясь от взлетной полосы и уменьшаясь в глазах Матвея. Он смотрит на иллюминатор, где люди, дома и машины быстро исчезают, а земля становится кратким чертежом: белым снежным фоном с штрихами дорог, строений и дымки леса. Матвей приходит домой — в место, где родился он и его предки жили по многу веков. Впереди — новая жизнь после долгих странствий....
- Жаль?! Ты не рад обрести родственниц? Ведь и Лена, и её будущие дети – наша кровь! Вместе с твоими щенками, род волколаков не прервется.
- Ты не понял – я рад, очень рад, что у нас нашлась родня. Но мы с Таней думали, что Меган тебе нравится, и вы сойдетесь. Правда, пап, сколько можно одному-то? Но, раз она твоя племянница…
- Казалось бы, столько прожил, столько видел, сам – отец, а, порой, говоришь или думаешь, как вчерашний переярок, который ещё не встретил свою Луну, - после паузы проговорил Антонио.
- Она – моя жизнь.
- Вот, и для меня Дарья была всей жизнью. Я тронут, что вы с Таней беспокоитесь обо мне, правда. И я не один, сын. У меня есть ты, Таня, Дашутка и Игнаша, а ещё моя бусинка – Настюша. Есть племянница – Меган, и её дочь – Лена. Скоро у неё с Матвеем родятся свои щенки, и они тоже будут моими родными.
- Отец, но мы все – здесь, а ты – на другом конце земного шара.
- Я в порядке, сын. У меня тут мои волчата, дело всей жизни, а чтобы я не чувствовал, что родные обо мне забыли – звоните почаще, приезжайте, я всегда рад вас видеть и слышать. В общем, это всё, что я хотел тебе рассказать. Поделись с Григорьевым и Леной, они имеют право знать. С записей Кларка я снял копии, пришлю на электронку, почитаешь.
- Пап, а, может, ну её, Америку? Переезжай к нам! Будем все вместе, а? Я тебе такой дом отгрохаю! Внуки на глазах расти будут…
- Спасибо, Эндрю! Рано мне на пенсию, а когда посыплется песок – подумаю. Целуй детей и Татьяну, обними Меган и Лену. Нет, Лену не обнимай, Мэтью сейчас нестабилен, сцепитесь. Просто, расскажи её всё, и передай привет от дяди. Чуть не забыл – Ширики просил передать тебе - «Когда ты родился, ты плакал, а мир смеялся. Живи так, чтобы, умирая, ты смеялся, а мир плакал».
И Антонио отключился."
"Андрей некоторое время смотрел на погаснувший телефон, потом отложил его на стол и откинулся на спинку кресла, переваривая услышанное.
Новости – одна другой ошеломительнее. Переживать за отца было глупо – не родился ещё волк, который мог бы обмануть или переиграть альфу Диких.
![Обложка книги Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]](/uploads/posts/images/5/oblom-dlia-vlastnogo-ili-ia-tvoi-zaichik-si.jpg)