Лера заворожено следила за руками бабы Маши – как же у неё ловко и красиво получается!
Пока хозяйка месила тесто, женщина резала лук, потом, по просьбе Марии, потомила его на сковороде в капельке масла, пока лук не стал прозрачным. И смешала его с мясным фаршем.
- Перец не будем добавлять, не любят его ваши, - доверительно объясняла Мария. – А травки кое-какие кинем. Хорошее тесто получилось!
Пока мясной пирог расстаивался, баба Маша затеяла ещё два – с капустой и сладкий – яблочный.
И не умолкала ни на минуту, рассказывая о своей жизни, о дочери, непутёвой Гальке, что уж десять лет к матери глаз не кажет.
- Нет, открытки ко дню рождения и восьмому марта исправно присылает, не забывает. И деньги шлёт, только, зачем мне деньги, одной-то? Я и сама зарабатываю, мне хватает. А Галкины денежки я на книжку кладу, на её имя завела. Она в гости приедет, а я ей книжку и вручу.
- Обидится, она же помочь хочет, - осторожно заметила Лера.
- Для матери главная помощь – это слово доброе, а не бумажка бездушная, - ответила Мария.
– Не спорю, без денег ничего не сделаешь, никуда без них, но никакие деньги доброе слово, да руки родные не заменят! Я разве не понимаю, что своя жизнь у дочки? Понимаю, и рада за нее. Но за столько-то лет можно же было хоть письмо написать матери? Раз уж заехать никак. На юга и в Турции каждый год летают, а к матери…"
"Мария махнула рукой, встала, суетливо поправляя халат.
- Да это я так, ворчу без задней мысли. Разве я не понимаю, что не интересно им здесь. Где Турция, курорты всякие, а где – Никишино? Они там, в отелях живут, а здесь у меня две комнатёнки.
Просто иногда накатывает – годы идут, а я никому не нужна. Всё, хватит жалиться, пошли чай заваривать, скоро уж гость приедет.
Гость…
Сердце Леры ухнуло и застучало.
Альфа нового клана. Примет ли? Придется ли она ко двору или скитаться им с Андрейкой дальше?
Будто услышав мамины мысли, проснулся сын, вышел на кухоньку всклокоченный, с помятой, заспанной щекой, такой родной и любимый, что Лера обняла его и прижала.
- Выспался?
- Чем так вкусно пахнет? – поинтересовался мальчик и потерся о мамину руку, как котенок.
- Пироги будут, Андрейка, - ответила баба Маша. – Один уж готов, с мясом. Сейчас отрежу тебе кусок, только не спеши, горячий еще. Молока или чаю?
- Молока! Спасибо! – волчонок вцепился в кусок обеими руками и только собрался вгрызться в середину, как уловил взгляд матери. Сразу выпрямился и принялся аккуратно откусывать понемногу, тщательно пережевывая.