Небывалая удача ждала труппу на празднествах в честь дня рождения принцессы Мисси. Вдруг труппа получила приглашение выступить там, где обычно не имелось места для кукольных представлений. Это начало истории маленького дракона, который случайно оказывается участником празднования и находит свой шанс в этой невероятной ситуации....
«Ага, щас. Это ты, светлость, спишь на коврике, а я…»
– Астра! – упреждающе рявкнул блондинчик, но меня было не остановить.
Маленький дракон сорвался с места, стрелой промчался по спальне и с разбегу запрыгнул на кровать. Матрас приятно скрипнул и чуточку спружинил, а герцог застонал.
– Астра…
«Да, я помню, как меня зовут. А ещё помню, что Дантос не в самом благостном расположении духа и над моей попой висит вполне реальная угроза. Поэтому наглеть не буду. Лягу не поперёк, а вдоль, и это, того… ближе к ногам.
– Попа с хвостом, – сообщил герцог. – Маленькая, вредная зараза.
Я подарила хозяину спальни тёплый взгляд, покружилась, вытаптывая полянку на белоснежном одеяле, и легла. Свернулась калачиком, носик хвостиком прикрыла, глазки тоже. Всё, сплю. Сплю и другим спать не мешаю!
– Чудовище, – вновь приласкал Дантос.
Я приоткрыла один глаз, чтобы дать понять – я всё слышу! И невольно стала свидетельницей интимной сцены. Герцог снимал портки…
Конечно, надо было зажмуриться, но стало так любопытно… Просто слышала, и не раз, что характер мужчины во многом зависит от… ну в общем, от размеров.
"Поинтересовалась и пришла к выводу, что молва врёт! Ибо то, что произрастало среди блондинистых кудряшек, соответствовало ну о-очень хорошему нраву.
– Всё, – выдохнул блондин. – Спать. И только попробуй разбудить.
Я будить уже не собиралась. Во-первых, в голом виде герцог поистине страшен. Во-вторых, когда мне ещё выпадет шанс поспать на белоснежных простынях?
Не-не… я эту возможность не упущу. Я сплю! Вот уже… уже сплю.
Глава 3
Со снами у меня отношения не очень: я их искренне не люблю, а они отвечают взаимностью. В том смысле, что приходят редко, зато уж если пришли, то фиг отвертишься.
Приснился дом. Не собственный (собственного у меня никогда не было), а родительский. То относительно прекрасное утро, когда поняла: всё, началось.
Будто стою посреди своей спальни и разглядываю небольшое бурое пятно на белой ткани ночной сорочки. Чувства испытываю самые противоречивые: радость, предвкушение и страх, плавно переходящий в ужас.
