Герцог Кернский не ожидал, что счастье нежданно войдет в его жизнь. Необычный гость в виде маленького дракона превращает скучное существование аристократа в увлекательное приключение, полное чудес и неожиданных поворотов.
– Правда?
Должно быть, «солнышко» кивает, но мне не видно – скатерть слишком длинная, стол слишком высокий, а я… ну мелковата, что поделать? Зато, оторвавшись от блюда, вижу, как светлость откладывает вилку и нож, отодвигает тарелку и подхватывает чашку с чаем.
Запахов кориандра, полыни и велкорты в воздухе уже не чувствуется. Их даже драконий нюх уже не улавливает, что, впрочем, неудивительно – окно-то открыто. Блондинчик неспешно подносит чашку к губам, а я…
Нет, мне в самом деле всё равно. Мне глубоко плевать на отношения светлости с этой дамочкой! Просто я не терплю грязные игры. Воротит от них, ага.
Вскакиваю, грациозно переступаю через опустевший поднос и приподнимаюсь на задних лапах. Погладь дракона, Дантос!
И что слышу в ответ?
– Твою же мать!
Маленькому дракону пришлось отскочить, причём срочно. И сделать большие глаза, и попрыгать на месте.
Ну посмотри! Посмотри, какая я красивая! Какая я офигенская! А то, что я тебя в локоть боднула, – так это случайно! И вообще, чего ты злишься? Этот чай так красиво стекает по твоей холёной мордашке. А та капля, что на носу зависла, – вообще прелесть.
– Астра, он был горячим! – выпалил герцог.
«Мм-м… но ведь не кипяток, да?»
– Иди сюда, маленькая гадость! – прорычала светлость, вставая.
Страшно? А ничего подобного!
Я отбежала подальше и дружелюбно вильнула хвостом. Играть? Ты хочешь играть? Я готова.
– Ты… ты… – Блондинчик шумно втянул ноздрями воздух, столь же шумно выдохнул и опустился на стул. – Попа с хвостом. Дура с чешуйками. Маленькая, тупая т…
Кажется, меня хотели назвать «тварью», но сдержались. Зло схватили салфетку, отёрли лицо и шею. Мордашка светлости в самом деле покраснела, причём не только от злости, но угрызений совести я не испытала. Переживёт.
– Ужас, – прокомментировала ситуацию Жанетт.
– Согласен, – буркнул Дантос и потянулся к заварному чайнику. Но тут же плюнул на это дело, крикнул во всё горло: – Жакар, подай вина!
Я зубасто улыбнулась и потопала к пышногрудому «солнышку».
«Солнышко», как ни странно, пребывало в шоке. То есть в самом деле в шоке. Любовница светлости даже не злилась, просто не ожидала такого поворота. Правда, когда я оказалась рядом и сказала своё «ву», вздрогнула и опомнилась.
– Дорогой, так откуда у тебя это… это нечто?
– Приблудилось, – повторил давешний ответ герцог.
– Хм… – Леди Жанетт одарила пристальным взглядом, брезгливо скривила губы. Потом вновь на светлость посмотрела.
