Встреча с Рейнером и его жёсткими условиями заставляет главного героя Сэма осознать: как бы он ни хотел этого, это не принадлежит ему. Вскоре выясняется, что женатая жизнь в очереди на брак несёт сокрытие и страх, а выход из этой теневой реальности может принести самую настоящую свободу и любовь вне ее....
Конечно, император сказал, что ждёт нас на балу через два дня, но этот непредсказуемый тип в любой момент может передумать, так что парни правы: не стоит исключать вероятность того, что к моменту приземления у трапа будет стоять императорский кортеж.
Поэтому стоит прислушаться к совету генерала и не затягивать с первой брачной ночью. Стать первым мужчиной у моей малышки должен именно я. И прямо сейчас.
Бережно уложив жену на постель, я нежно поцеловал её в губы и отошёл на шаг в сторону, вставая на чёрный дресс-круг на полу.
Ради Энжи я специально выбрал медленный режим раздевания, чтобы у неё не было шока. А то вжик — и за секунду перед ней стоял бы практически голый мужик с диким стояком в трусах.
Зато сейчас, когда униформа постепенно обнажала тело — плечи, руки, грудь, живот, — девушка смотрела на меня, как заворожённая, с приоткрытым ртом.
Правда, когда униформа сползла ниже талии, открывая взору внушительный кол в трусах, Энжи заметно напряглась. Чтобы она не поддалась панике, я сразу, едва остатки униформы впитались в дресс-круг, накрыл рот девушки ласковым поцелуем.
Её взгляд сразу поплыл, и я, радуясь, что малышка снова расслабилась, начал её поглаживать — по шейке, по голове, по одной ключице, по второй.
Я наслаждался тем, какой приятной на ощупь была её тёплая кожа, и как сладко она пахла миленским персиком и ванилью.
Отвлекая поцелуями, я постепенно задрал на ней платьишко и попытался его снять через голову. Получилось быстро и аккуратно, сам не ожидал. Даже не порвал.
— Может, сначала в душ? — тихо и смущённо выдохнула моя хрупкая красавица, рефлекторно прикрывая ладонями свои упругие грудки.
— Потом. Ты чистенькая, я тоже. В любой одежде и униформе есть артефакт-клинер, — хрипло пояснил я, для успокоения малышки показав ей низ рукава белого кружевного платья, где была едва заметная тонкая полоска, похожая на фольгу.
Снова откинув её одежду в сторону, на этот раз подальше, чтобы не мешала, я принялся прокладывать дорожку из поцелуев к груди.
