Что окажись возле нее другой мужик… мне это сильно не понравится, будь он хоть с тросом, хоть без. Твою мать! Неужели все нужно озвучивать и объяснять?!
Да, похоже, нам надо остыть, тогда все будет ясно. Возможно, Наташка права, и нас отпустит.
Наташка… Стоит о ней подумать и снова перед глазами соседка – мягкая и нежная в моих руках. Мне нравилось быть с ней, нравилось брать ее и отдаваться самому. Говорить, слушать, даже спорить! Было в этом что-то … настоящее.
День в спортивном клубе прошел в полной отдаче работе.
Отрабатывали с Денисом и еще парой ребят темп боя по-максимуму. За три недели скорость у Склярова выросла, но все еще не дотягивала до отличной и уступала моей. Надо наращивать, скоро первый бой, и Денис должен быть в своей лучшей форме. Моя задача сделать все от меня зависящее, чтобы он ее достиг.
В обед отвлек разговор с Артуром Алиевым – мой второй спортсмен никак не мог закрыть вопросы по старому контракту и вылететь, наконец, в город. Юридическая фирма, к которой мы обратились, смогла решить проблему лишь частично – нашлись обязательства, о которых Артур не знал.
По всему выходило, что вопрос требовал моей личной встречи с бывшим промоутером, договоренностей и уступок, на которые я идти не собирался, но выход необходимо было найти.
Во второй половине дня отрабатывали перемещение по рингу и бой с тенью. Я не щадил ни Дениса, ни себя – сегодня прощупывали предел. Поставленные цели были слишком высокими, а соперники серьезными, чтобы хоть на секунду забыть о работе над собой и звании чемпиона.
Я отпустил друга домой, а сам еще час плавал в бассейне, позволяя наконец напряженным мышцам отдохнуть. Выйдя из бассейна, вошел в хаммам, расположенный тут же, по соседству с сауной, и закрыл дверь.
В полутемном помещении, наполненном паром, кто-то был. Не глядя по сторонам, я бросил полотенце на скамью и сел, откинув голову на стену. Закрыл глаза, глубоко вдохнув в легкие влажный, горячий воздух турецкой бани.
Как-только тело расслабилось и выровнялось дыхание, в мысли тут же вернулась Наташка. Ее губы на моих, голос, и серьезные слова о том, чтобы я даже думать не смел давать ей надежду.
Я не думал, я ее понимал, а вот себя нет. Разве я не был с ней честен? Она мне нравилась, и я об этом сказал. Да и сейчас бы повторил.
- Привет, Егор. Хорошая была тренировка. Как жаль, что ты не тренируешь девушек. Я бы у тебя многому поучилась.
