Автор
Врач-гинеколог Маргарита сталкивается с этическими дилеммами в своей практике, когда её личная жизнь переплетается с работой в клинике. Между профессиональной ответственностью и личными переживаниями возникают напряженные отношения с коллегами и пациентами.
Раздел Chitat.online для книги «Счастливы вместе» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Врач-гинеколог Маргарита сталкивается с этическими дилеммами в своей практике, когда её личная жизнь переплетается с работой в клинике. Между профессиональной ответственностью и личными переживаниями возникают напряженные отношения с коллегами и пациентами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Врач-гинеколог Маргарита сталкивается с этическими дилеммами в своей практике, когда её личная жизнь переплетается с работой в клинике. Между профессиональной ответственностью и личными переживаниями возникают напряженные отношения с коллегами и пациентами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Запала во мне ещё хватит надолго. Если Окунев хочет поговорить.
Вот только он хочет иного. Встаёт. Над столом нависает, как туча. Кулаки упираются, взгляд пригвождает меня к деревянному стулу.
— Детективщица хренова! — не разжимая зубов, цедит он. А после срывается с места.
Он раздеваться не стал. Ему проще. Минуя гардероб, он скользит мимо ширмы. Но решает нагнуться, прихватить с собой шарф. Его вязаный белый комок бахромы — это последнее, что я вижу внутри.
Дальше мой взгляд плавно перетекает к окну. Там длится то, что мне видеть не следует! Но я не могу не смотреть…
На фоне глубокой и пасмурной осени эта внезапная сцена, как взрыв. И вся серость в момент отступает. И Зоя стоит, пуховик нараспашку. И плечи её непритворно дрожат. Окунев медленно к ней приближается. Шарф, наброшенный им, продолжает висеть неподвижно. Он как-то неловко его поправляет на ней, заправляет края под одежду. Я вижу, как личико Зои к нему поднимается. Оба они словно видят друг друга впервые. Только тело, увы, не обманешь! И руки обоих уже сплетены. И она льнёт к нему, как любовница. А он обнимает её, как жену.
Я застыла. Замёрзла. Уже умерла? Ах, нет! До сих пор продолжаю гнать воздух сквозь лёгкие. Слышно только, как бьётся мой пульс в голове, и в груди. Дело в том, что я долго готовилась к этому. Каждый раз полагала, что это — конец. Представляла себе, как однажды, одна из любовниц придёт и заявит права на него. И вот! Наконец-то свершилось. Свобода. Он даст мне развод? Будет с ней. Дети взрослые. Можно! И я не люблю. А точнее, люблю не его. Но тогда… Почему? Почему мне так больно?
В этот день принимаю других пациенток. Теперь в каждой чудится Зоя! Её глазки «оленьи», наивные, скромные. Её личико, где нет ни одной, даже самой крохотной морщинки. Её губы, совсем без помады…
В кабинет осторожно стучат. Стук знакомый до боли. Кричу:
— Разве? — внедряется голос Левона в измученный мыслями мозг, — Как жаль, — он заходит.
И я даже сейчас, спустя столько лет нашей близости с ним, трепещу, предвкушаю…
С Мамедовым мы познакомились, когда я вышла из декрета. После рождения Сонечки. К тому времени он уже полтора года у нас отработал. И был на хорошем счету! Помню, задел меня локтем. Я торопилась, а он изучал чью-то карту.
— Простите! — отвлёкся.
— Ничего, — я потёрла плечо.
В столовой он сел за стол, вместе с Володькой. Я после спросила у брата:
— Кто такой этот новый брюнет?
А Леон был брюнетом. Таким жгучим, горячим! Что женщины таяли, словно пломбир, стоило взгляду глубоких, пронзительных глаз, задержаться на ком-то из них. А они задержались на мне… Так надолго! Что я ощутила, как низ живота горячеет, слабеет, зудит.
— Что, понравился? — хмыкнул Володька. Он тогда ещё не был главой нашей клиники. Так, рядовым врачом.
