Я проснулась от удушливого дыма и ощущения, что мгла налетает на мир. Первые секунды я не могла признать это реальностью, но затем бросилась к постельному бруку в библиотеке, где стояла одежда для тренировок. Свободные брюки из ткани, рубашка и жилетка с металлическими вставками готовились ко мне на бедрах....
А вам, боярышня, – серьезным тоном обратился Алим к малышке, – следовало дождаться, когда пирожное подадут на тарелке, а не хватать со стола.
– Так ибуду бойсе, – виновато потупилась Юленька, облизывая запачканные ладошки.
Затем девочка уселась на стул, сложила ручки на колени, как я недавно, и гипнотизирующим взглядом уставилась на тарелку.
– Я сейчас, – заметалась Неждана, не зная, что сделать в первую очередь: замыть пятно или же прислужить за столом.
– Не спеши, – разрешил сомнения Алим, – сначала убери тут и попроси подать горячего чая.
Я едва сдерживала улыбку, наблюдая за малышкой, которой безумно хотелось пирожных, но она терпеливо ожидала, когда подадут тарелочку. Извелась ведь вся, то и дело поглядывая на лакомство и вздыхая. Однако ж и ослушаться не посмела, золотой ребенок. Неждана замыла пятно на ковре, вернулась с новой порцией чая и принялась разливать его по чашкам.
Неладное мы заметили, когда девушка вдруг с резким стуком поставила чайник и ухватилась обеими руками за столешницу, побледнела вся, на лбу выступила испарина.
– Что с тобой? – Алим как раз хотел отхлебнуть глоточек, но отставил чашку в сторону, – тебе плохо? Что случилось?
– Нехорошо что-то, барин, – пожаловалась Неждана, – голова вдруг закружилась, а внутри все так загорелось, терпеть уже невмоготу.
– Может, вызвать лекаря? – предложила я помощь, однако девушка покачала головой.
– Не беспокойтесь, не нужно. Можно, я пойду к себе? Полежу немного, и все пройдет, – а сама часто задышала, приложив руку к груди, будто хотела удержать рвущееся изнутри сердце.
– Давай я хотя бы лекарский амулет принесу, – я подскочила и спешно направилась к двери.
Однако уже на пороге меня настиг шум от падения. Развернувшись, обнаружила служанку на полу. Она смотрела огромными от страха глазами, силилась что-то сказать, но только хрипела. На губах пузырилась розовая пена.
– Игна-ат! – завопила я во весь голос, – на помощь!
Бросилась к Неждане и растерялась, впервые не зная, что делать.
– Это отравление! Спроси, что она ела, – взволнованный молодой человек был так же беспомощен, как и я.
Он только и мог, что подъехать на коляске поближе и бессильно наблюдать за агонией бедняжки.
– Неждана, это важно! Ответь, что ты ела или пила недавно? – я нависла над девушкой, пытаясь поймать ее мечущийся взгляд.
