Я проснулась от удушливого дыма и ощущения, что мгла налетает на мир. Первые секунды я не могла признать это реальностью, но затем бросилась к постельному бруку в библиотеке, где стояла одежда для тренировок. Свободные брюки из ткани, рубашка и жилетка с металлическими вставками готовились ко мне на бедрах....
– Молодой человек, – Алим витал в собственных мыслях, но и за нашим разговором следил, – а разве вас не предупреждали не болтать языком без дела? О чем еще вы успели похвастаться перед школярами?
– Боярышня, – Егорка спал с лица и чуть не на колени передо мной упал. Благо, пространство экипажа не позволило этого сделать, – клянусь, больше ни словечка лишнего не сказал. Токмо о корабле лентучем! О вас ничегошеньки не было. Один я там был!
– И все поверили, будто без взрослых ребенка пустили на корабль? – подколол Ванька.
– Ну-у… э…
– Вот тебе и э… – передразнил он мальчонку. – Учись головой думать, а не тем местом, на котором сидишь.
Ответить Егор не успел, стремительным шагом вернулся Игнат, забрался в экипаж и велел вознице отправляться. Предупрежденный, что после гимназии едем к автомобильному салону, кучер сразу же направился туда. Брат хранил молчание, изредка поглядывая на мелкого. Тот ожидал упреков, обвинений или чего-то в этом роде, а потому недоумевал, отчего же барин молчит.
Автомобильный салон представлял из себя двухэтажную лавку, у порога которой стоял новенький паромобиль. Возле него крутились мальчишки, с любопытством рассматривая диковинку.
– Доброго здравия, господа! Вас заинтересовал паромобиль? Этот экземпляр мой личный, служит рекламой и наглядным пособием для покупателей. Прошу, – он приглашающим жестом распахнул двери.
Ну как тут устоишь? Прошли, угостились отличным чаем, изучили каталоги и посетили мастерскую, где трудились механики и артефакторы. Это даже не мастерская – цех с сотнями инженерных приспособлений и механизмов.
