Желчная ревность Анны Марии просочилась намного дальше предела отведенной ей спальни, вследствие чего испорченный ненасытными папарацци вечер закончился ее собственной перепалкой с грозным хозяином этого особняка, что, скорее всего, обязательно отразится на их взаимоотношениях.
Удрученно прикрыв ресницы, Микелина неторопливо перевернулась на левый бок.
Ей так не хотелось вновь возвращаться к мелочным ссорам с Рикардо. Особенно сейчас, когда между ними промелькнула искорка мимолетного, но все же обоюдного мира и взаимопонимания.
Теперь же, видимо, все это пойдет насмарку.
Издав приглушенный стон, девушка нехотя раскрыла глаза.
Тут же увидев на прикроватной тумбочке широкую вазу с чудесным букетом из алых роз, она ошеломленно моргнула, прогоняя с глаз столь шокирующий мираж. Однако время шло, а прекрасные цветы вовсе не думали исчезать. Заметив среди ярких бутонов небольшую белую карточку, Микелина взволнованно протянула к ней руку.
Ее лицо мгновенно осветилось лучезарной улыбкой.
Повертев прочитанную карточку в своих руках, Мике вдруг звонко рассмеялась, стремительно соскакивая с постели.
Долой пессимистическое настроение. Да здравствует новый день!
Наспех выбрав довольно скромное зеленое платье, она в два счета привела себя в порядок, пулей подлетев к широкой двери. Заметив, что замок до сих пор заперт изнутри, зеленоглазая бунтарка тихо хмыкнула.
С какой это стати ее нужно наказывать, если многоуважаемый синьор все же смог тайком заглянуть в эту комнату?
Слегка поразмыслив над этим вопросом, Микелина изогнула губы в лукавой усмешке.
Хотя... смотря какое наказание он выберет на этот раз...
Прошмыгнув вдоль длинного коридора, Мике слегка притормозила у лестницы. Взяв себя в руки, темноволосая гостья не спеша спустилась по мраморным ступеням, приветливо улыбнувшись находящемуся внизу Луи. Одетый в строгий костюм, он о чем-то разговаривал с другим охранником, однако, заметив спускающуюся в главную залу девушку, поспешно кивнул ей в ответ.
- С добрым утром, Луи, - поравнявшись с ним глазами, она осмотрела его с ног до головы. - Ты сегодня такой важный. На серьезном лице нет и тени былой усмешки вчерашнего веселого парня. Что произошло, тебе запретили испытывать вполне обыденные человеческие эмоции на рабочем месте?
Края губ молодого человека тут же едва заметно изогнулись в легкой улыбке.
- Я замещаю синьора Корсе, - вежливо отозвался белокурый мужчина. - Так что испытывать какие-либо чувства, кроме излишней бдительности, не входит в перечень моих сегодняшних обязанностей.
Мгновенно приподняв брови, Мике театрально приложила руку к груди.
- Серьезно? Прими мои самые глубочайшие соболезнования.